На моем телефоне заиграл рингтон Эдуарда, «Bad To The Bone», так что я знала, кому отвечаю. Он не стал здороваться, и просто перешел сразу к делу.

— Мы едем в офис шерифа. Встретимся там.

— Что случилось? — Спросила я.

— Повариха Маршанов, Хелен Граймс, явилась в офис шерифа и подтвердила версию Джоселин. Она принесла с собой телефон Бобби Маршана, в котором есть какие-то улики против него.

— Какие еще улики? — Не поняла я.

— Шериф сказал, что мы должны сами их увидеть. Судя по всему, он уверен, что эти улики перевернут дело, и весь паззл, наконец, сложится.

— Ну блядь. — Сказала я.

— Мы ведь всегда хотим поскорее закрыть дело, Анита.

— Обычно я тоже этого хочу.

— Шериф всерьез намерен грохнуть паренька Маршана, так что не делай поспешных выводов об уликах, пока мы сами их не увидим. — Думаю, он сказал это не столько ради меня, сколько ради Ньюмана.

— Справедливо. Ладно, сейчас развернемся и подъедем.

Олаф нашел ближайший перекресток, хотя я ничего ему не говорила. Он развернулся на дороге, чтобы мы могли вернуться в офис шерифа. Только тогда я поняла, что он сделал.

— Ты в курсе, куда мы едем? — Поинтересовалась я.

— Обратно в офис шерифа. — Ответил он, не отрываясь от дороги и держа свои большие руки на руле, на девяти и трех часах — благодаря подушкам безопасности это был новый стандарт хвата.

— Я не говорила об этом вслух.

— Я слышал, как Эдуард сказал это по телефону.

— Ты нас обоих слышал?

— Да.

Я повернулась к Никки.

— Ты тоже все слышал?