Эйнжел подплыла к нему.

— Ох, Дюки, ты будешь скучать по мне, когда я уйду.

Улыбка вернулась на его лицо.

— Ну разумеется, я буду скучать по тебе, Эйнжел. Какой бы из меня был джентльмен, если бы я ответил иначе.

Она поцеловала его в щеку так, как вы целуете своего дядю, с той только разницей, что от поцелуя Эйнжел остался четкий красный отпечаток ее губ.

— Ты всегда джентльмен, Дюки. — Сказала она, и ее голос прозвучал куда более хрипло, чем нужно.

Шериф покраснел так, что его щека слилась с отпечатком ее помады. Эйнжел была хороша.

75

75

Место, в котором мы сняли номера, несло в себе все очарование сетевых гостиниц, то есть, вообще не было очаровательным, но здесь хотя бы было чисто. Каждое окно выходило на густой зеленый лес, полный вечнозеленых деревьев, которые упирались в окутанное облаками голубое небо — у нас в Миссури таких деревьев не было. Вид из окна компенсировал посредственность номера. Я могла представить, как просыпаюсь здесь, чтобы пойти в поход, понаблюдать за птицами и, следуя за запахом воды, найти ближайшее озеро. Так много возможностей, но ни одной из них я не собиралась воспользоваться. Когда ты путешествуешь, как маршал, то занимаешься только делами. Вид иногда красивый, порой даже чудесный, как сейчас, но это не имеет значения. Если только мне не предстоит выслеживать оборотня в лесу, все это я с таким же успехом могла бы наблюдать на большом экране телека под какую-нибудь нью-эйдж музыку.

— Анита. — Окликнул меня Эдуард со спины, и по тону я поняла, что это был не первый раз, когда он меня позвал.

— Прости, Эдуард. Что ты сказал?

Я отвернулась от окна и оглядела комнату. Смешно, что мы действительно намеревались обсудить то, зачем здесь собрались, как будто я реально когда-нибудь займусь сексом с Олафом. Но, поскольку он был оборотнем и мог почуять нашу ложь, нам следовало притвориться, что шанс на то, что мы с Олафом начнем встречаться, не был равносилен тому, что в аду пойдет снег.

Никки стоял привалившись к стене рядом со мной, чтобы у него был хороший обзор на комнату и окно. Мы находились на пятом этаже, но я сама видела, как оборотни забираются по стенам зданий куда выше этого. Эдуард сидел в углу королевских размеров кровати недалеко от Никки и меня. Эйнжел сидела рядом с ним, но она сняла туфли и забралась на постель с ногами, чтобы упереться спиной в изголовье кровати и подушки, которые она подложила себе сзади. Олаф расположился на краю диванчика, который стоял практически в ногах у кровати. Кастер стоял у двери, которая была смежной для наших номеров. Он привалился плечом к косяку почти так же, как это делала Эйнжел в офисе шерифа, выставив бедро. Интересно, он вообще понимал, что копирует ее? Учитывая, что речь шла о Кастере, я ни в чем не была уверена.