— Иногда, если любишь кого-то, их счастье становится для тебя важнее своего собственного. — Подал голос Эдуард.

— Тогда любовь — это просто еще один вид рабства.

— Это не так. — Возразила я.

— Это правда не так. — Согласился со мной Эдуард.

— Любовь чудесна. — Заметил Итан.

— Она может быть лучше, чем практически все, что угодно. — Послышался голос Миллигана со стороны стены.

— Лучше, чем находиться на поле боя вместе со своими боевыми товарищами? — Спросил Олаф.

Миллиган улыбнулся.

— Я сказал «практически».

— Была б здесь твоя жена, ты бы по-другому запел. — Подколол его Кастер.

Миллиган покачал головой.

— Нет, не запел бы. Она все понимает. Как раз поэтому мы и женаты уже десять лет.

— Мои поздравления. — Сказал Эдуард.

— Ага, Милли у нас в группе единственный старый женатик. — Подтвердил Кастер.

— Десять лет — это приличный срок для того, кто работал в спецслужбах. — Заметил Эдуард.

Миллиган улыбнулся и кивнул, принимая комплимент.

— Олаф, если для тебя любовь — это рабство, то почему мы вообще затеяли этот большой разговор? — Поинтересовалась я и глотнула свой Powerade. Хотелось бы мне чего повкуснее, но я все равно бы остановилась на каком-нибудь легком напитке.

— Я предлагаю секс, а не любовь. Мы затеяли этот «большой разговор», как ты выразилась, потому что ты боишься заняться со мной сексом.

— И ты меня в этом обвиняешь?

— Нет, но я предлагаю тебе просто секс, а не тот, которым я занимаюсь обычно.