— Больше никаких сделок этой ночью. Ты отрекаешься от власти над Руби и девочкой. И впредь и пальцем не тронешь ни одного майнаво.

— А… а иначе что? — прохрипела старуха.

— Иначе тебе нанесет визит моя сестра. По сравнению с ней я покажусь тебе воплощением нежности и доброты.

— А если меня начнут домогаться собаки?

— Тогда тебе придется пустить в ход защитные чары, — отмахнулась незнакомка. Затем обняла Руби за плечи: — Теперь ты готова идти?

Девушка покосилась на ведьму, все еще растиравшую горло.

— Она точно не навредит Сэди?

— Не думаю, — незнакомка полоснула взглядом по Абуэле. — Что скажешь, ведьма? Стоит жизнь какой-то белой глупышки твоей собственной? Еще я добавлю на чашу весов всех обитателей твоего баррио, которых ты якобы защищаешь.

Старуха затрясла головой, видимо соглашаясь.

— Вот видишь? — просияла черноволосая женщина. — Мирное решение проблемы.

С этими словами она двинулась к выходу, по-прежнему обнимая Руби. Не успели они дойти до двери, как девушка ощутила под ногами некое движение: они оказались в ином мире. Тут тоже была глубокая ночь. Руби, глубоко вдохнув чистый воздух, встряхнулась всем телом, словно пребывала в собачьем обличье.

— Как мне тебя отблагодарить? — спросила она.

Незнакомка улыбнулась:

— Прибереги благодарности для отшельника. И Сэди. Это они решили, чтобы я в качестве оплаты своего долга Стиву спасла тебя.

— Сэди причастна к этому? — удивилась Руби.

Улыбка на лице женщины стала еще шире:

— Порой хорошее мнение о ком-то пробуждает и в нем хорошее.

С этими словами незнакомка обернулась вороном и взмыла в воздух. Руби следила за стремительным полетом птицы, насколько хватало ее майнавовского зрения. А потом, тоже сменив облик, принялась кататься в пыли иного мира, пока полностью ею не покрылась. Снова встряхнувшись — что в теле собаки, понятное дело, делать гораздо удобнее, — Руби неторопливо потрусила к дому Эгги.

4. Стив

4. Стив