— Жить будет, — хриплым басом ответил мужчина. — Ильва кружит над ним, как тэмру над своим птенцом. О нет! — он преградил Шеонне путь, стоило той занести ногу над порогом. — Она не пустит к себе никого как минимум до рассвета.

— Тогда что тебя привело, Йорн? — нахмурившись, Бенгата поднялась из-за стола.

— Тут такое дело… — мужчина растерянно провел рукой по спутанной бороде. — Ребята вернулись с места пожара. Они нашли тело. Кай говорит, что это Снорр, сын Грид — пекарши с Несса.

По моей спине прокатился ледяной пот, я поняла о ком шла речь. Когда начался пожар Эд и Матс стремительно унесли ноги, но толстяка с арбалетом я не видела с того самого момента, как прыгнула в воду.

— Что с ним случилось? — сдержанно спросила Бенгата.

— Не увернулся от стрелы, — ответила Шеонна.

В её голосе не было ни леденящей кровь злобы, ни согревающего, хотя бы притворного, сочувствия. Он звучал спокойно, даже скучающе. Подруга словно сообщила о чем-то обыденном, не стоящем внимания и переживаний, поселившихся в глубине карих глаз Бенгаты, как если бы кто-то неудачно порезал палец. И от этого её слова становились еще более пугающими.

Йорн побледнел и медленно кивнул — добавить ему было нечего.

— Что ж, это случилось на нашей земле, значит нам его и провожать, — смиренно выдохнула старуха. — Вели парням подготовить тело, а сам разыщи мне ворона. Нужно сообщить матери.

— Как прикажешь, — Йорн почтительно склонился и покинул хижину.

— Что ж, если Болота так решили… — пробормотала под нос Бенгата и устало опустилась на скамью.

Позже она заварила чай. Когда янтарная жидкость наполнила кружки, в нос ударил, болезненно оцарапав нёбо, горький запах успокаивающих трав, который Элья всегда искусно прятала за сладкими нотками мёда. Я затаила дыхание прежде, чем тошнота успела подобраться к горлу, и стремительно осушила отвар. Как никогда мне хотелось забыться в спокойном без сновидений сне и скорее встретить хмурое утро, чьей свет непременно развеет все тревоги, опутавшие сердце сотканными из тьмы сетями.

Шеонна тоже не отказалась от напитка. После беседы с Йорном она заметно оживилась и теперь, неторопливо потягивая чай, — кажется, тошнотворно-горький вкус её совершенно не беспокоил — с любопытством рассматривала хижину.

На ночлег мы устроились у тёплого очага на мягком ковре из пёстрых звериных шкурок. Нежно обняв Эспера и зарывшись носом в его спутанную шерсть, я медленно погрузилась в сон под умиротворяющий треск догорающих поленьев и тихий скрип ножа по древесине — Бенгата стругала послание на тонких веточках, а ворон Йорна с любопытством наблюдал за движением морщинистых рук, нетерпеливо переминаясь с лапы на лапу.