Дядька Антон приоткрыл рот, и вдруг кусты и кочки его физиономии рассекла косая щель улыбки.

– Рарка… Ах ты, неслух… Живой… Вернулся все-таки.

– Рарог Лунь Ар-Морран-ап-Керриг, с твоего разрешения, – с оскорбительной вежливостью выговорил крайн и сделал движение, чтоб уйти. Но низкорослый скрюченный дядька Антон цепко ухватил его за рукав.

– Эй, ты чё! Я ж тебя вот таким помню… Вы же с моим Тондой вместе горох воровали. И мать твоя всегда была…

– А где был ты, когда ее убивали?

Дядька Антон поперхнулся и отступил назад.

– Я спрашиваю, где был ты, когда убивали мою мать?

Дядька Антон молча повернулся и, спотыкаясь, побрел вниз. Шапку он так и не надел. Бурые сосульки волос мотались по сутулой спине, обтянутой засаленной кожей безрукавки. «Все проклято, – вспомнилось Варке, – вода, воздух, огонь в очагах. Нет помощи. Нет спасения».

Крайн не смотрел вслед удаляющейся жалкой фигуре. Опершись о кривой сук, он вглядывался в небо над дальним лесом, в той стороне, где лежало Пригорье с полями, лесами, реками и белым городом Трубежем.

– Что он вам сделал? – пискнула никогда не отличавшаяся особой тактичностью Жданка.

– Ни-че-го, – не оборачиваясь, выговорил крайн, – никто ничего не сделал. Всю жизнь она пачкала руки в грязи и крови, лечила их от прострела и лихоманки, принимала роды… Бывало, на коленях благодарили… но никто палец о палец не ударил, чтоб ее защитить.

Солнечный свет резал глаза, от разлитой повсюду ядовитой зелени ломило скулы. Людская злоба дрожащим маревом висела над всей страной. Он отвернулся, спеша уйти, скрыться в полумраке своего пустого жилища. Не вышло. На дороге стояли птенцы-подкидыши. Четыре пары испуганных глаз: чернющие Фамкины, ярко-голубые Ланкины, зеленые Жданкины, глубокие темно-синие Варкины. Умный Илка смотрел в землю. Он давно уже все понял и мечтал только об одном – смыться отсюда.

– Ну, чего уставились?

Фамка пихнула Варку острым локтем. Тот охнул, но отрицательно замотал головой. Тогда она, поджав губы и соорудив на лице привычную мину примерной лицеистки, решительно выбралась вперед.

– Мы бы хотели спуститься в Починок. Если, конечно, вы нам позволите.

– Ну, это… попрактиковаться, – добавил Варка, – повторенье – мать ученья и всякое такое.

– Да, – обрадовалась Жданка, – пойдем в огород к дядьке Антону и будем там… прак… прыг… чего мы там будем, Вар?

Но Варка молчал, не сводя глаз с крайна.

– Там у них девочка, – вздохнула Ланка, – маленькая.

– Какая еще девочка, – проворчал Илка, – мальчик. Иван зовут.