– Замостье наше, – пробормотал мальчишка, цепляясь за крепкие плечи под просторной белоснежной рубахой. От рубахи пахло ветром, лесными травами и немного потом.

– Кто спалил?

– Пришлые какие-то. Вовсе невиданные. Налетели под вечер. Все пожгли-разорили. Хлеб последний, до новины отложенный, что нам крайны зимой прислали… Все сгорело…

– Гады, – высказался Илка. Не раз и не два за зиму им с Варкой пришлось ломать спину, таскать мешки из замковой кладовой. Господин Лунь подкармливал добрую половину княжества Сенежского, а денег, к глубокому возмущению Илки, за это не брал.

– Наши, кто успел, в лес убежали, а я под клуней сидел. А потом они перепились, стали орать, что завтра двинут на Крайнову горку. Будто бы там сокровища…

– Ага, – подтвердил крайн, – сокровищ полным-полно.

– А потом гляжу, они уже вовсе пьяные. Я тогда выполз потихоньку… Коня у них увел. Меня кони любят.

– Много их?

– Много, – прошептал мальчишка, хлопая белесыми ресницами, – я считал-считал, пальцев не хватило, – облегченно вздохнул и пристроил голову на плечо крайна. Это место показалось ему вполне надежным.

– Присмотрите за ним, – обернулся Варка к толпившимся поодаль женщинам. Те испуганно закивали.

– Это и вправду пришлые. Дальние какие-то. Сенежские в Пригорье не полезут, – сказал староста.

– Значит, – подвел черту Илка, – не сегодня-завтра они будут здесь.

– В набат, – распорядился староста.

– Голубя надо послать, – тихо сказала Фамка.

– Двух, – решил Варка, – в Трубеж и в Бренну.

Жданка знакомым красивым жестом протянула руки. На каждую тут же опустилось по голубю.

– Ого! – оценил Варка.

– Господин Лунь научил, – гордо сказала Жданка.

– Так, – заметил Илка неприятным голосом, – а где же наша славная стража?

В Бродах стоял небольшой отряд для охраны переправы через Тихвицу, но нынче славная стража славно погуляла на свадьбе и вряд ли была готова к свершению славных подвигов.