– Как в подмастерья! – ахнула Ланка. – Я же рассказывала, он был старшим травником всего Пригорья. Люди там на него чуть ли не молились.

– Милая барышня, я понимаю, вы неравнодушны к этому юноше, но согласитесь, ваш рассказ, так же как и все прочие, звучит несколько фантастично.

– Не более фантастично, чем чудесное спасение семьи господина полковника, – прищурившись, проговорил Варка. Он вдруг почувствовал себя в точности как на скользкой от крови палубе «Лебедяни» во время отражения атаки речных пиратов на беззащитный Грязовец.

Однако его предпочли не услышать.

– Имейте в виду, в Цеховой совет поступило сообщение, что вы занимались врачебной практикой без разрешения, – продолжал бубнить чиновник. – Подобное поведение порочит память вашего достойного отца и никак не может способствовать благополучному вступлению в цех.

Ну точно как на «Лебедяни». Кроют изо всех орудий. Картечью на поражение. Или подбираются, как голодные крысы.

Сзади тяжело вздохнул Илка. Он знал заранее: делиться своими доходами Цех городских травников ни с кем не собирается. Да еще, видать, этот Назанский как-то проведал о Варкиных талантах и решил наложить на них лапу.

– Погодите-погодите, – тряхнул головой Варка, словно пытаясь избавиться от липкой паутины, – с чего вы решили, что я хочу вступить в цех?

Солидные господа, члены Цехового совета, впали в недоумение.

– Чем же вы намерены заниматься, молодой человек?

– Не знаю, – легко улыбнулся Варка. – Может, в порт пойду, мешки таскать. Для этого, кажется, экзамен сдавать не требуется.

– Ну что ж, – хмыкнул глава Цехового совета, – насколько я понимаю, вы только что прибыли… У вас еще будет время обдумать наше предложение.

Варка кивнул.

– Скажите, Ивар, – музыкальным голосом начала госпожа Град, – когда мы должны ожидать прибытия господина Луня?

– Не знаю, – честно ответил Варка, – давно не имел от него никаких известий.

– О, я так мечтала лично выразить ему свою благодарность. Эта ужасная ночь… мы расстались так внезапно.

– Могу себе представить, – пробормотал Варка.

– А этот юноша, прибывший с вами, он тоже обязан ему жизнью?

– Да.

– И этот прекрасный молодой человек… эээ… действительно тот, за кого себя выдает?