Пахм возник рядом, когда они вышли. Он вообще не отходил от Тайши дальше, чем на несколько шагов.

— А где моя неверная спутница? — поинтересовалась Тайши.

— Братья дают ей урок гончарного ремесла.

Тайши вздохнула. По каким-то неведомым причинам монахи Тяньди сразу решили, что Цофи абсолютно безобидна. Поэтому она свободно разгуливала повсюду, возвращаясь в комнату только на ночь. Девушка подружилась с Пахмом и охотно беседовала с ним целые часы, пока он сторожил Тайши.

Они прошли по нескольким коридорам, направляясь в дальнюю часть храма, — мимо кухни, жилых покоев, молитвенных залов. По пути им попадались монахи, занимавшиеся своими повседневными делами. Все без исключения прерывались и кланялись. Настоятель правил здесь железной рукой, не то что в Возане.

— Сколько человек тут живет? — спросила Тайши, когда девчушка лет пяти подбежала, чтобы обнять Сану, и налетела на нее.

Настоятель погладил девочку по голове.

— Около тридцати. И восемнадцать детей. Одни приходят, другие уходят. Для большинства жизнь в храме трудна; и еще труднее здесь, в этом уединенном месте. Многие братья и сестры остаются лишь ненадолго, прежде чем отправиться дальше. Духовное призвание не для каждого.

Тайши понимала почему. Суровые монастырские условия привели ее в ужас. Ни водопровода, ни обогревательных труб, ни затянутых бумагой окон. Даже водяных часов и зеркал ей не попадалось. Только понаблюдав за жизнью монахов, Тайши научилась ценить эту жизнь, в которой ничто не отвлекало от исполнения долга. В отличие от своих собратьев в городах, здешние монахи не думали о политике и об общественных делах. Впрочем, в пожертвованиях нуждались повсюду. Старшие монахи говорили, что это мирской соблазн.

Сану поднялся на несколько пролетов по лестнице, высеченной прямо в скале, и вышел в сад на вершине холма. Тайши запрокинула лицо, радуясь теплу Короля. Пахм, неизменный сторожевой пес, занял место у двери, а Сану сказал несколько слов монахам, которые окучивали грядки с овощами на уступах. Он ступил на деревянную террасу, где стояли скамья и стол, и жестом предложил Тайши присоединиться.

Та подошла к краю деревянной платформы, вделанной в склон холма, и окинула взглядом обширные просторы леса Фулькан. Обезьянья Лапа была гораздо ближе, чем она думала. За Лапой виднелась Песчаная Змея. Прищурившись, можно было разглядеть противоположный берег, где лежала Санба.

Появился послушник с подносом. Сану взял чашку чаю и предложил другую Тайши.

— Итак, на чем мы остановились? Чаю?

— Нет, спасибо. Мы собирались поговорить о пророчестве и о том, отчего оно так впечатляюще провалилось.