— Пригодится, если у тебя будет недержание, — сухо заметила Тайши.

— Это кувшин для воды!

— Какая разница?

Цофи нахмурилась, глядя на серьезные лица Тайши, Сану и Пахма.

— Куда вы идете?

— Мастер Линь пожелала увидеться с оракулом.

У Цофи расширились глаза.

— А мне можно?

— Почему бы и нет. По крайней мере, составишь компанию Пахму.

Монах, до сих пор шагавший с кислым видом, просветлел при виде Софи и охотно забрал у девушки горшок. Они принялись оживленно болтать, совсем забыв о Тайши и Сану.

Тайши надеялась, что отношения Цофи и Пахма ограничатся дружбой. Она не понаслышке знала, что такое любовь к человеку, который дал обет верности своей религии.

Настоятель отвел их в комнату, находившуюся за молитвенным залом. Только когда они вошли, Тайши поняла, что это внутреннее святилище. Хотя по традиции оно служило покоями настоятелю, в изначальном храме, конечно, святилище отвели оракулу.

Едва они зашли в тускло освещенную комнату, Тайши в нос ударила вонь. Пахло чем-то вроде застоявшейся воды; скоро запах усилился так, что Тайши замутило. Комната была без окон, с лежанкой посередине. Боковая дверь вела в нечто вроде спальни. На полу валялись разбросанные трубки, тарелки с объедками, грязная одежда. На маленьком столике у стены громоздились тыквенные и стеклянные бутыли, сплошь пустые. Цофи принюхалась и помахала рукой, отгоняя тяжелый дым, висевший в воздухе.

— Что за вонь?

— Опиум и пыль в голове, — проворчала Тайши.

Они нашли оракула в спальне — он лежал на кровати, вытянувшись на боку, а рядом валялась открытая бутыль. Темно-красное сливовое вино залило простыни. Поначалу Тайши решила, что оракул спит, но потом она заметила, что глаза у него открыты и пусты. Из тонкой трубки, которую он сжимал в руке, поднимался дымок.

Тайши уставилась на худого как жердь мужчину с запавшими щеками и покрытой пятнами кожей. Голова у него лежала на подушке, неестественно запрокинутая, словно ему недоставало сил ее поднять. И это был оракул, который породил религию Тяньди, распространившуюся по всем Просвещенным государствам? Человек, чья мудрость не только объединила народы Чжун, но и направляла пятнадцать поколений императоров?

Тайши в бешенстве повернулась к Сану.

— Основатель религии Тяньди — пьяница и любитель опиума? Как вы это допустили?

— Я предупреждал: вам не понравится то, что вы увидите, — кротко отвечал настоятель. — Бремя пророчества велико, тем более что дух оракула пережил столько воплощений. Мы перепробовали разные средства, но только опиум и вино помогают ему справиться с ночными кошмарами.