— Будем бороться!

Народ на площади пылко поддержал, полный решимости выжить.

Я поцеловала два пальца и воздела к небу — один за погибших, второй — за грядущих, и вторила:

— Мы будем бороться!

Глава семьдесят третья

— Ваше высочество, — окликнул меня один генерал, когда мы с Рейфом и Каденом подошли к фонтану на площади.

Десяток солдат позади нас вместе с Гвинет, Паулиной, Берди и Гвинет настороженно замерли. Генерал взял мою руку и ласково ее погладил.

— Не сочтите за дерзость, но я так рад, что эта путаница с вашей изменой разрешилось.

Я поглядела на него искоса, уже чуя, что гладко этот разговор не пройдет. Припоминаю генерала только смутно — вроде бы на службе у короны едва ли не дольше всех.

— Не путаница, генерал Хоуланд. Как по нотам сыгранный заговор.

— Да, разумеется, подлейший заговор, — кивнул он, чуть задето выпятив губу. — Какое счастье, что вы его раскрыли. Благодарим вас.

— Не стоит, генерал. Изобличить заговорщиков — долг всякого…

— Долг! — вдруг воскликнул он. — О долге мы и хотели поговорить.

За его спиной я увидела генералов Перри и Маркеса с тремя офицерами.

— Ваш отец болен, а братья в отъезде. На ваших хрупких плечиках теперь целое королевство! Позвольте же успокоить: войска не подведут. Напугала же вас эта варварская армия — так сгустить краски… Но это ничего. Вы ведь такое там пережили!