– Ты не волнуешься, что тебя вызовут давать показания? – спросила я его. Поскольку мы трое были свидетелями, сованские законы требовали, чтобы каждый из нас изложил свою версию событий перед присяжными.

– Тьфу ты, – сказал Брессинджер, отмахнувшись от меня. – Я уже дюжину раз их давал, пока служил сэру Конраду. Мне это нипочем, всего лишь часть работы. Пусть эти хлыщи попытаются найти в моих словах хоть какую-то лазейку.

Я сжала и разжала ладони.

– А я волнуюсь, – признала я. – Мне даже хочется перед выходом немного выпить вина.

– Даже не думай, – резко сказал Вонвальт. – Так ты дашь защите повод придраться. Ты должна сохранять ясность ума. И не торопись, отвечая на вопросы. Удивишься, но подловить кого-либо очень легко. Одно дело – наблюдать за тем, как допрашивают свидетеля, и совсем другое – оказаться на месте допрашиваемого.

Дверь распахнулась, и мы обернулись. На пороге стояла Правосудие Августа. По залу прошелся крепкий, прохладный сквозняк. Августа закрыла за собой дверь и скинула плащ. Ее глаза были красными, выглядела она осунувшейся и уставшей. От нее исходила почти неосязаемая сверхъестественная сила.

– Трактирщик уже ушел, – неуверенно пробормотал Брессинджер. – Можете сами налить себе эля.

– Когда состоится суд? – без предисловий спросила Августа.

– Послезавтра, – ответил Вонвальт.

– Я наблюдала за Восточной Маркой Хаунерсхайма, – сказала Августа. Судя по всему, Правосудие имела в виду, что следила за провинцией глазами животных: птиц, лисиц, волков. – На Долину Гейл движется вооруженный отряд. Большинство солдат облачены в ливреи маркграфа Вестенхольца.

Все внезапно выпрямились, одновременно встревожившись.

– Сколько их? – недоверчиво спросил Вонвальт.

– Полтысячи.

– Раздери меня Нема! – прорычал сэр Радомир. – «Вооруженный отряд»? Да это же целая проклятущая армия!

– Они идут с востока? – спросил Вонвальт, прерывая шерифа. – Из Кругокаменска?

– Да, – сказала Августа. – Они квартировались у барона Наумова. По крайней мере, некоторые воины из этого войска – слуги барона.

– Мы знали, что Клавер вертелся около Кругокаменска, когда вы отправились на север по Эстафете, но не знали, что он собирает армию, – сказал сэр Радомир. – Наумов известен своей набожностью, но я не думал, что она приведет его к измене.

– В письмах, которые я нашла в личных покоях Фишера, говорилось, что Клавер встречался с бароном, – сказала я. – Но я тогда ничего не заподозрила.

Вонвальт откинулся назад, слегка сникнув.

– Итак. Значит, он открыто принял сторону Вестенхольца и Клавера.