Повелительница вод, глядя на беснующиеся в свете прожекторов и рождающегося утра живое море, заметила, оттягивая слова:

— Охваченная страхом и ненавистью толпа — страшное зрелище.

Монолог единого разума, уживающегося в нескольких похожих душах, и совершенно не похожих телах, пошёл дальше, и хозяйка земли согласно кивнула:

— Кому, как ни нам знать, что она разорвёт нас в клочья, стоит только рухнуть хиленькому заборчику, или дрогнуть бойцам, что матом и прикладами, осаживают её.

Владычица воздушных дорог подхватила, не скрывая горькой усмешки:

— Они без намёка на сожаление убьют нас, наших товарищей и подруг, что так долго и отважно сдерживали натиск пришельцев, даря им же бесценные часы и минуты.

Принцесса цветов, увядшая, как осенняя клумба, печально вздохнула:

— Потом они станут убивать и друг друга. Не сомневайтесь.

Ханнеле и не думала сомневаться в очевидных для её светлого разума вещах:

— Тут же. Сазу, как только под яростным натиском падёт на землю в лужу собственной крови их общий враг, коллективным воплощением которого являются бойцы и полицейские, загородившиеся бронемашинами и пластиковыми щитами от летящих камней. Они будут убивать друг друга уже потому, что в самолётах и дирижаблях не хватит места и на десятую часть желающих.

Хилья обняла маму, крепче прижав к своему плечу:

— Нас убьют только за то, что мы сделали всё, что смогли, отдали до капли в бою силы, и духовные и физические, как всегда и поступали все поколения эволэков.

Они уже действительно не могут сделать ничего. Сил даже пришедшей в сознание Диолеи не хватит и на полдюжины ментальных атак до нового обморока, другим вообще лучше и не пытаться протянуть руку к мягким волнам эфира. Сирины не могут оторвать от земли даже самих себя, о чём говорят опущенные к самому снегу крылья, и мелкая дрожь в натруженных за долгую ночь мышцах.

Можно, конечно, ещё взять в руки автоматы и винтовки, но они не воины, и кроме того…

Лесавесима негромко рассмеялась, если так можно назвать резкие звуки, наполненные шипящими «кхи»:

— Самое поразительное, что в паре сотен метров от левого края толпы лежат сотни ящиков с оружием, но никто даже не замечает этого! Просто невероятное сочетание животной трусости за собственную шкуру, глупости и лицемерия!

— Вы так думаете? — Полный неподдельного изумления голос Хельги заставил восемь голов как по команде повернуться вправо.

Снежная королева, видимо, всё время этого странного и даже страшного в своей чуждой логике рассказа стоящая за тоненькой стеной кузовного тента, решила вмешаться.