Вот тут уже замолчали все и сразу. Толпа замялась, а Лис, не давая никому опомниться, бросал новые и новые слова, разжигающие костёр понимания, а следом и стыда.
— Пока вы тут всю ночь заливались слезами и криками, эти женщины и девушки сражались с врагом!!! Но и это ещё не всё!!! Пока вы в тиши и безопасности росли сами, а потом и растили своих детей,
Широкий жест руками охватил и утонувший в дыму пожаров город, и бескрайние просторы земли и небес, и зловещий в своей красоте восход.
— … как наша!!!
Полиция и военные, открыв рты от изумления, не могли поверить во всё происходящее. Тяжёлая ночь, приступы, на которые бросались сошедшие с ума от страха и отчаяния люди, весь кошмар за считанные минуты развеялся с первыми лучами солнца…
— Почему вы вдруг решили, что ваша жизнь дороже?!?! Кто вложил в ваши головы мысль о том, что мои соратницы, пролившие кровь в бою, израненные, обессиленные, не способные даже стоять на ногах, меньше заслужили билет на спасение?!?!
Ярость кицунэ, полная недоумения от невероятной глупости потерявшей способность мыслить толпы, уже пошла на спад. Он достучался до сознания и совести, и стадо животных, в страхе ищущее любые пути к спасению, превратилось в людскую массу, ещё аморфную, сомневающуюся во всём, в будущем, в собственных силах, в возможности победить, но уже поборовшую панический страх.
— Что в вашей жизни такого безумно ценного, что вы боитесь её потерять?! — Недоумённый взгляд Куко метался по лицам.
Это была не рисовка и не жестокий расчёт, позволяющий бросить в бой очередной легион «пушечного мяса». Эволэку, с малых лет рискующему собственной жизнью ради всеобщего блага, действительно трудно понять скотскую психологию человекоподобного животного.
— Вас возмущает, что в самолёт погрузили пленённых чудовищ?! Вы хотите их прибить, выбросить из грузового отсека и спасти этим несколько десятков человек?! — Он развёл руками. — Валяйте!!! Только как вы посмотрите в глаза тем миллионам, что погибнут лишь потому, что мы не получили бесценных знаний о враге?!
Лис замер на секунду, хмуро, исподлобья глядя на притихших, опускающих глаза при встрече с его взглядом людей. Затянувшуюся тишину нарушил чей-то голос:
— Что ты предлагаешь?!
Куко ждал этого вопроса. Он не просто метался по штабелю, разбрасывая оружие и боеприпасы под ноги опешившим людям, но и уже специально присмотрел себе ящичек по душе. Тело Лиса согнулось, что-то загремело, щёлкнуло, и когда кицунэ, довольно вильнув хвостом, распрямился, в его руках уже был ручной пулемёт, и свисающая к ногам, блестящая на солнце чистой промасленной латунью лента, набитая патронами.