По всему холму умирали люди. Погиб Фларч вместе с дюжиной лучников, упала рядом с ним иркская женщина Сайденхир, оказавшаяся так далеко от своего дома и деревьев. Злобный ветер проник под дрожащие листья света, созданные Морганом. Сэр Джованни Джентиле упал замертво вместе со своей лошадью, а лорд Робин, оруженосец Майкла, и Анджело ди Латернум лежали в папоротнике и кричали, как безумные, пока на них лился смертоносный огонь. Строй на вершине холма затрясся, словно под ударами ветра.

И тут со скоростью соколиного броска за спинами саламандр левого крыла появились вардариоты. Все изменилось мгновенно: только что левый фланг противника обошел правое крыло наемников, и их сдерживали только безжалостные и мужественные схоларии, а в следующий миг строй противника начал исчезать. Подобно львам, ворвавшимся в загон для скота, схоларии немедленно набросились на врагов. Они были беспощадны, как и вардариоты, и бегущих саламандр сносили клинки и копыта.

— Вон они, — сказала Жизель слева. И действительно, перестроившись и обойдя холм, центральный и правый отряды врага бросились в атаку со скоростью всадников. Габриэль побежал к остаткам своего отряда, исцеляя всех, кого мог, хотя сил уже почти не было. Вместе с молодой альбанкой, которую он не знал, они спасли проколотые легкие лорда Робина, но им пришлось оставить юношу лежать на земле.

Рыцари остановили своих лошадей. Справа от Габриэля махали лучники. Людей, которых он знал пять лет, оттесняли назад.

— Калли! Пусть стреляют! — крикнул он.

Калли побежал по открытому пространству. Три красные молнии летели к нему из вражеского строя, до которого оставалось всего сто шагов.

— Товсь! — взревел он таким голосом, как будто приходился отцом всем лучникам до единого. Дубовая Скамья повторила его команду.

Лучники зашевелились. Зубок смутился, обнаружив, что сделал два шага назад, и поспешно вышел вперед. Дубовая Скамья свирепо посмотрела на него. Он положил стрелу на тетиву, и ирк Эларан тоже. Выглядел ирк так, как будто перед ним вставали мертвые: глаза у него блестели, пальцы ослабли, но все же костяная стрела легла на место.

— Цельсь! — заорал Калли. — Пли!

Тяжелые стрелы летели вниз по склону и попадали в саламандр, которые подошли совсем близко. Габриэль стоял рядом с лордом Робином, наблюдая, как альбанская девушка вливает силу в Анджело ди Латернума, а потом посмотрел на пугал, которые стояли неподвижно, как скот, несмотря на свои потери.

Он поднялся на ноги, глядя влево. Что-то шло не так — еще сильнее не так, — он чувствовал какую-то неправильность, отсутствие звука.