— Гармодий в разуме Эша, — сказал Габриэль. — Как вы думаете, у него где-то припрятано еще одно тело?

— Нет. Если тело Аэскепилеса вчера погибло, ему некуда идти, — грустно ответила Дезидерата. — Ему больше некуда идти.

— Я думал предложить ему святилище. Он, кажется, не хочет этого, а в своем нынешнем положении он могущественный союзник. К тому же скоро я сам могу оказаться… нигде. — Габриэль подумал, что ему следует ужаснуться, но на самом деле история старого волшебника успокаивала.

— Я вижу, что вы на грани трансформации… И я не знаю, что сказать.

— Представьте, как себя чувствую я. — Габриэль улыбнулся, и Дезидерата улыбнулась в ответ.

— Что ж, неплохо. Возможно, у Бога есть чувство юмора.

Они оба рассмеялись. Но затем Габриэль стал грустным.

— Хорошо бы люди перестали говорить, что это мне подходит. Я бы хотел долго жить, вырастить кучу детей и предаться множеству плотских грехов. Я не святой, я не Амиция. Я убийца. Почему это происходит со мной?

— Спросите у священника, — сказала Дезидерата. — Но это очевидно происходит. Мне было бы жаль вас, но сейчас, кажется, мне следует посочувствовать Бланш. Что она будет делать? Я не могу представить.

— Я все устроил, — отрезал Габриэль, а потом смягчился. — Она будет очень влиятельной женщиной. Ладно; хватит о моей частной жизни. Вы готовы?