— Я все поняла, не продолжай, — почти искренне улыбнулась саалея. — Спасибо.

Сонзера удовлетворенно пропыхтел что-то себе под нос, прогулялся по комнате, разглядывая инвентарь могильщика, а потом — как бы невзначай — тяжело опустился на пол, прислонившись к стене, и моментально погрузился в полудрему.

Ахин подошел к Пустоглазому. Из окна ему открылся вид на кладбище, демонстрирующий большую часть разнообразия Могильника: ухоженные участки со свежими захоронениями, центральные аллеи со склепами, часть оврага с заброшенными могилами и поместье хозяев.

— По ночам мы смотрим в окна, — произнес Пустоглазый. — Ждем рассвет.

— По-своему интересно, — отметил Ахин.

«Но заниматься этим часами на протяжении стольких лет…» — ужаснулся он про себя.

— Не в интересе дело, — покачал головой мертвец. — Ты не поймешь.

Повисло молчание. Немного помявшись, одержимый открыл было рот, чтобы завязать разговор, но так и не смог издать ни звука. В безмолвии нежити чувствовалась какая-то неведомая сила, рожденная тайным знанием, непознаваемым для живого существа. Нарушить его — значит проявить неуважение к чему-то немыслимому, чему-то запредельному, чему-то выходящему за рамки понимания простого смертного.

Ахин помотал головой, избавляясь от странного наваждения. Медленно выдохнув, он оглянулся. Диолай уже спал на полу, завалившись на бок. Аели, кажется, тоже задремала.

— Вы проделали долгий путь. Трудный путь, — наконец заговорил Пустоглазый, едва заметно кивнув в сторону спящих гостей. — Зачем?

— Меня зовут…

— Я знаю, кто ты, — перебил одержимого мертвец. — До Могильника вести из столицы доходят очень быстро. Точнее, доезжают. В телегах с трупами.

— Это я уже слышал.

— Местная шутка.

Вновь повисла тишина. Впрочем, Пустоглазого она, кажется, нисколько не смущала. Складывалось впечатление, будто он готов простоять так весь остаток ночи, ведя безмолвный диалог. Что продолжительное неловкое молчание, что небольшая пауза — все одно. У нежити действительно весьма специфичное представление о ходе времени.

Подобный темп беседы, конечно, по-своему очарователен, но Ахин не мог позволить себе насладиться им полностью.

— Нам нужна помощь нежити.

— Понимаю, — проскрипел в ответ Пустоглазый. — Но вы не найдете здесь укрытия. Рано или поздно атланы вас найдут.

— Мы не собираемся скрываться, — с вызовом заявил одержимый. — Мы будем сражаться.

«Голос почти не дрогнул, — удовлетворенно заметил Ахин. — Я начинаю привыкать к таким пафосным фразам».