— Ты ведь знаешь. Можешь сказать?

— Я знаю не больше тебя.

— Не больше себя?

— Себя.

Раздраженно фыркнув, Ахин отвернулся. В этом, конечно, не имелось никакого смысла — странный коридор все равно был совершенно пуст и просматривался целиком и насквозь, в какую бы сторону ни смотрел одержимый.

Так что же все это могло означать? То, что Ахин больше заботится о саалее, чем она сама? То, что это лишь условный пример, который демонстрировал тщетность стараний изменить жизнь всех разумных существ, пока они сами не предпримут хоть что-то? То, что даже об очевидном явлении каждый составит свое собственное мнение, и добиться успеха возможно лишь в том случае, если все придут к какому-то общему решению? Или то, что камень прочнее дерева?..

— Не удивлюсь, если последнее — единственное, что имеет смысл.

— Одержимый…

— Что?

— Что?