— Давай только без твоих жутких историй, ладно? — поморщился Ахин. — Это была просто фигура речи.

— Как скажешь. Но я предупреждал, если что.

— Думаю, твое предупреждение излишне.

— Если приходит беда, то лучше быть готовым, нежели столкнуться с ней в полном неведении, — глубокомысленно изрек сонзера. — Подумай об этом, когда тебя начнут насаживать на вертел.

— Никто никого есть не будет, — раздраженно повторил одержимый.

— Конечно, они не станут нас есть, — Диолай покачал головой, закатив глаза. — Тут же Пустоши, вокруг полно еды. И идем мы вовсе не к свирепым тварям, которые, как я полагаю, не брезгуют даже каннибализмом. Действительно, с чего им хотеть нас сожрать?

«Это он от Аели понабрался, что ли?»

— Меня не съедят, — произнес Трехрукий, с тоской посмотрев на свои разлагающиеся руки. — Я несвежий.

— Везет. А я вот уже почти зажарился под местным солнышком. Скоро корочкой покроюсь. М-м-м, вкусный сонзера, немного подгоревший снаружи, но сочный и нежный внутри. Кто ж тут устоит?

— Все, хватит! — прикрикнул Ахин. — Если вы…

Подул обжигающе горячий ветер, хлестнув по лицам порождений Тьмы песчаной плетью. Импровизированные маски сползли, и пыль тут же забилась в ноздри и рот, неприятно поскрипывая на зубах. Зажмурившись, Ахин не слишком изящно выругался, закашлялся, сплюнул грязную массу и, как только коварный поток воздуха стих, осторожно приоткрыл глаза.

Одержимый изумленно уставился на высоких жилистых существ, внезапно появившихся из ниоткуда. Они замерли на середине движения, в любой момент готовые наброситься на чужаков. Под их красно-коричневой грубой кожей бугрились крепкие мышцы, головы были увенчаны массивными рогами, из локтей и коленей торчали слегка рассохшиеся шипы, пальцы оканчивались кривыми когтями, а длинный хвост размеренно покачивался из стороны в сторону. Исхудавшие морщинистые морды с приплюснутыми широкими носами выглядели поистине устрашающе, хотя эмоций в них было не больше, чем в растрескавшейся земле под ногами. Однако где-то в глубине их глаз тлели угли незатухающей ярости.

Перед Ахином стояли демоны. Кочевые демоны Пустошей, совершенно не похожие на своих униженных городских сородичей-рабов.

«Такие, в общем-то, могут и сожрать нас».

— Одержимый? — прорычал один из демонов, указав на Ахина грубым самодельным копьем.

— Кто? Я? А… Да.

— Тот самый?

«И снова этот вопрос…»

— Да, — уже увереннее ответил одержимый.

Демон осторожно приблизился к нему и заглянул в черные глаза. Удовлетворенно кивнув, он повернулся к сородичам и шумно фыркнул, выдув из приплюснутого носа облачко пыли: