– Уйти-то мы уйдем, – с гаденькой ухмылочкой заявил Элондрон. – Но обязательно вернемся.

– Только попробуйте! – прорычал Дервис, подходя к Перну. – Увидите, что будет.

– Ой, напугал, однорукий. Между прочим, через час, когда у тебя начнется ломка, ты сам прибежишь ко мне за смолкой, – сказал Элондрон, ухмыляясь во весь рот. – Так что вернусь я, вернусь.

С минуту все напряженно молчали. Вдруг один из бандитов опустил нож и дрожащей рукой указал на окно:

– Там… там летучий корабль!

Посетители таверны приняли это восклицание за хитрую бандитскую уловку, но Элондрон взглянул в окно и переменился в лице.

– Ох ты ж… – прошептал он.

Это привлекло внимание всех, кроме Нолы, которая не сводила глаз с Элондрона, опасаясь, что он подыгрывает своему громиле. Но главарь банды и впрямь оцепенел, разинув рот от ужаса.

– Нола? – пискнула Гриттель, дернув сестру за фартук. – Смотри…

Нола обернулась.

С востока приближался летучий корабль с черными парусами. На палубах угрожающе щетинилось оружие. Когда он подлетел ближе, запахло горящим драконьим маслом.

– Как они прорвались мимо драконов? – спросила Винди, прячась под стол, словно это могло ей чем-то помочь.

– Быть такого не может! – сказал Джакелл. – Заповедный Дол защищают дуболомы.

– Похоже, больше не защищают, – прошептала Нола.

Неболёт завис в квартале от таверны. С бортов спустили черные веревки. Они извивались и бились змеями. По ним стремительно соскальзывали и прыгали на землю вооруженные люди в черных доспехах и со звериными шкурами на плечах.

Лица неизвестных были покрыты алыми завитками боевой раскраски.

Змиерубы.

Обнажив мечи, наемники побежали в разные стороны. Один из них решительно направился к таверне, ногой в грязном сапоге вышиб дверь и саданул первого попавшегося рукоятью меча, так что зубы несчастного разлетелись по полу. Вслед за наемником в таверну вошли еще шестеро его товарищей.

– Разойтись тихо – никто не умереть, – на ломаном альмирском произнес тип, который вышиб дверь; Нола никогда еще не слышала такого странного акцента. – Кто шуметь – давиться свой кишка.

С минуту стояла звенящая тишина. Змиерубы сообразили, что у всех посетителей таверны в руках какое-никакое оружие. Обладатель странного выговора недовольно скривился, а на его лице отразилось легкое замешательство.