– Ну вот же…

– Не у всех такое острое зрение, как у тебя, Неприметная Звезда. Скажи уже, не томи.

– Там дом сгорел, – вздохнула Вира, разглядев закопченные стены и сожженную крышу.

– А, у нас теперь две Неприметных Звезды, – буркнул Энтрас. – Обалдеть.

– Как ты думаешь, что там произошло? – спросил Децимар у Виры.

– Не знаю, но, по-моему, ничего хорошего, – ответила она.

Очевидно, пожар случился ранней весной, потому что выжженная земля у дома уже заросла высокими сорняками.

– А почему дом не отстроили заново? – спросил Децимар, рассеянно листая хрупкие страницы обгоревшей книги. – Или вообще не снесли?

– Наверное, не хотели, чтобы тот, кто поджег дом, вернулся и сделал это еще раз, – вздохнула Вира. – А что это за книга?

– Сонеты Лиама Шатеса, двадцать третий том.

– Стихи?

– Ага, – сказал Децимар, оглядывая груду книг под слоем пепла. – Похоже, тут этого Шатеса завались…

– Непонятно, зачем Келлану, которая исследовала спинномозговую нервную систему, отправили сюда, где хранились стихи, – заметила Вира.

– Мы же не знаем, была она здесь или нет, – резонно возразил Децимар. – Тут одни обугленные головешки остались.

Не отвечая, Вира продолжала осмотр сожженного дома. В одной из комнат стеллажи с книгами выстроились концентрическими кругами. Вира протиснулась в самую середину и увидела там яму, доверху полную золы.

– По-моему, пожар начался здесь, – сказала она.

Заглянув в яму, Децимар спросил:

– Интересно, она очень глубокая?

– Сейчас узнаем, – сказала Вира и спрыгнула в яму, погрузившись в золу до пояса.