Она вспомнила, как он шел на нее по той покрытой трещинами пустынной равнине, весь затопленный тьмой и покрытый шипами. В ней тогда вспыхнул страх, да, но не только. Шипы внутри ее самой увидели его шипы и признали с ними родство.

Солмир сделал свой выбор в Сердцедреве, поцеловав ее и отдав ей всю силу. Он решил обратиться чем-то ужасным, поскольку это могло спасти ее жизнь. Но Нив никогда не отличалась умением принимать чужой выбор, если он казался ей неправильным.

Она почти бездумно опустила взгляд на свои руки с черными венами и торчащими шипами. Нив постоянно забывала о них, забывала о том, как отданная Солмиром магия и доставшаяся от Левиафана сила выковали из нее нечто темное и нечеловеческое, жуткое и прекрасное.

Вальхиор бережно приподнял ее руку.

– Выглядеть будет почти так же, – задумчиво протянул он. – Ты не обернешься чем-то кошмарным, если примешь нас, в отличие от него. Ты сможешь обратить эту силу во благо. Сможешь уберечь всех, кого любишь. – У Короля дрогнул уголок рта. – Даже его.

Она вырвала у него свою ладонь, но не ответила. Не знала, что ответить.

– Ты совсем не такая, как мы, Нив, ты другая настолько, насколько Солмиру никогда было не стать. – Вальхиор больше не трогал ее, но пристальный взгляд, которым он обводил каждую черточку ее лица, казался прикосновением. – Ты полна противоречий, полна любви и гнева равной мощи, эти чувства в тебе столь тесно сплетены, что их порой не отличить друг от друга. Ты шагнула в тени задолго до того, как он стал частью твоей истории, ты погрузилась во тьму из-за своей бескрайней потребности в контроле.

В глазах у нее стояли горячие слезы, но Нив не давала им пролиться. Она не желала плакать при боге.

– Думай об этом, как о пути к долгожданному контролю, – прошептал Вальхиор. Провел большим пальцем по ее лицу, запрокинул ей подбородок. – Ты поглотишь апокалипсис и пустишь его силу на то, чтобы перекроить мир. Не этого ли ты всегда хотела, Нив? Сделать мир таким, каким он, по-твоему, должен быть?

Она не шевелилась. Его палец под ее подбородком удерживал ее в неподвижности, заставлял смотреть Королю в глаза.

– Ты сильнее его, – шелестел Вальхиор. – Твоя душа может это вынести.

Ты хорошая.

– Дай мне с ним увидеться. – Шепотом, пытаясь уклониться от ответа, которого ждал Король.

Его губы снова расплылись в кривой улыбке.

– Трагично до самой развязки.

Вальхиор медленно убрал руку от ее подбородка. И, как только он опустил ладонь на лоб Нив, прежний облик Короля исчез. Ее кожи касались не теплые живые пальцы, а грубый холодный камень.