Вся поглощенная магия мешалась с голосами Королей в ее сознании: новый мир сделай его нашим сделай его темным и полным теней наводни его смертью и кровью и холодом…

Нив поняла, что очутилась где-то вне пустоты, лишь потому, что наконец-то услышала собственный крик.

Ощутила снег – проникавший сквозь ее рваную сорочку и старые сапоги, отданные Швеей. Почуяла запах холода и листвы.

Она оказалась в середине уничтоженного древесного ствола, что огибал ее наподобие трона, над обугленными краями которого в стылом воздухе кружился дым. Нив осталась стоять там. Это странным образом успокаивало, а горящее дерево, стиснутое в руках, помогало заглушать Королей в голове.

Мир теперь наш она будет жить и мы будем жить в ней Волки не убьют ее это все наше она долго не продержится…

Солмир лежал в нескольких шагах от нее. Не двигался, но она заметила, как вздымается и опускается его грудь. Было так непривычно видеть его в цвете – золотисто-русые длинные волосы и коротко стриженную бороду, розоватый оттенок рваных шрамов на лбу. Линия подбородка пестрела лиловыми синяками, серебряные кольца поблескивали у покрасневших костяшек.

Ее чудовище стало просто мужчиной.

Вокруг них стеной кружили серые тени, будто заключенный в стекло дым. Лишенные магии, лишенные тьмы и ставшие лишь завесой между ними и остальным миром. Пальцы у нее сами собой согнулись, рассекая воздух когтями.

Рэд была где-то рядом. Она это чувствовала. И Рэд была нужна ей для того, чтобы со всем покончить.

Дым рассеялся по ее приказу. Три человека стояли слишком далеко, так что она видела лишь смутные пятна на белоснежном фоне. Один же оказался ближе и сразу привлек и ее внимание, и внимание заключенных внутри ее Королей.

Мужчина безвольно раскинулся в снегу и спал. С черными волосами, не столь длинными, как у Солмира, и вьющимися, в отличие от его прямых прядей. Со шрамами на щеке, на брови и на руках. Нив уставилась на него. Она никогда его прежде не видела, но что-то в нем казалось знакомым, словно она должна была знать, кто это.

Во тьме что-то зашумело, зазвучали другие голоса, где-то вдалеке она услышала крики. Но все внимание Нив было приковано к собственному телу и необходимости управляться с сосудом, который теперь, казалось, почти ей не принадлежал.

В глаз капнуло что-то алое – кровь. Нив потянулась ко лбу шипастой, исчерченной черными венами рукой. Кожу над бровями пронзали крошечные острия железной короны.