Сама же Рэд чувствовала, что ее туда влечет. Манит.

Лира перевела широко раскрытые глаза с места, где Эммон снова поднимался на ноги, к темной бурлящей стене, заслонившей Древо. Потом бросила взгляд на Рэд, и беспокойство в нем сменилось острой тревогой.

– Рэд…

Та посмотрела вниз на свои руки.

Вены в них разгорались все ярче, светились все сильнее. И в то же время лес за тенями терял свой блеск – сияние выливалось из пропитанных магией деревьев и текло к Рэд. Как будто золотой свет прошелся по чаще, собирая всю блудную магию, и теперь доставлял ее обратно в подобающий сосуд.

Эммон посмотрел на лес, потом на нее, стискивая зубы и сжимая руки в кулаки. И попытался встать между Рэд и Диколесьем, словно защищая ее от него в последний раз.

Но было уже поздно.

– Оно тебя не заберет. – Его шепот казался эхом прошлого, отголосками уже завершенной битвы, вновь вставшей у их порога. – Мы все это делали не для того, чтобы хренов лес просто забрал тебя, Рэд.

Но она чувствовала, как понимание того, что оно точно заберет ее, гудит у нее меж костей, во всех местах, куда проникало Диколесье, делая ее чем-то иным – не совсем божеством, не совсем монстром, не совсем человеком. Рэд еще ни разу не чувствовала тяжести вероятного бессмертия, как, она знала, случалось с Эммоном. Она сочла, что это придет со временем, что бесчисленные годы лягут на нее так же, как легли на ее Волка, пока они будут рука об руку шагать во чрево бесконечности.

Их бесконечность оказалась такой короткой.

Короли, это было больно. Слезы брызнули у нее из глаз от мысли о том, что она бросает Эммона, снова оставляет его одного. Казалось, что в груди у нее пробили дыру, что она уплывает куда-то во тьму, сорвавшись с привязи.

Неужели так это и будет? Бесконечная тьма без того, с кем можно разделить одиночество?

– Рэд, стой!

Вокруг ее талии обвились руки, сильные и родные, приковали ее к земле – Рэд даже не понимала, что движется к стене из теней, пока Эммон ее не поймал.

– Останься со мной, – зашептал он глухо, хрипло и умоляюще. – Рэд, останься со мной.

Теперь он понимал. Он знал. Диколесье зашелестело в груди Рэд, выпуская еще один цветок и признавая – ей нужно будет все. Весь лес, вся магия. Для спасения Нив потребуется стать тем, чем стал Эммон, спасая ее саму, круг замкнется и все вернется к началу.