– Хорг, я не хотел, я никогда не считал себя в чем-то лучше тебя. Мы же все в чем-то по-своему хороши, – тихо проговорил призрак-Адхи. Теперь, в разуме Хорга, они стояли среди океана трав на Отрезанном Просторе, ровно в тот день, когда впервые подрались. Все вокруг заливал яркий свет Барьера Звены, степь золотилась выжженной травой, и шелестела ковыль.

– Адхи… П-прости меня… – уже в настоящем хрипло проговорил Хорг, раздавленный на грязной мостовой, прижатый к вывороченным булыжникам.

У него не осталось теневых когтей, и броня черных линий сползла с него. Лишь Адхи сбрасывал с кончиков пальцев тлетворных червяков, таких же, что и поселившиеся в разуме царя. Друг больше не нападал, а только дрожал в лихорадке.

– Все в порядке, Хорг, мы вернемся и исцелим твоего отца. Как я исцелил царя и тебя, – погладил его по плечу Адхи, ощущая, что теперь его веснушчатый неугомонный друг детства вернулся. Но, наверное, навсегда он утратил былую веселость и умение казаться беззаботным. Вероятно, и к лучшему, раз на самом деле он только мучился, скрываясь за ширмой безразличия и скабрезных шуточек. Теперь он вернулся другим, обновленным.

– Правда… сможешь исцелишь? – тихо отозвался он, слабо улыбаясь окровавленным перекошенным ртом.

– Да. Только посиди здесь пока, – заботливо прислонил его к стене Адхи.

– Я помогу вам… я… – слабо принялся оправдываться Хорг, вскидывая руки. К счастью, серьезных ран он себе не нанес, но лишенное магии тело отказывалось подчиняться.

– Но у тебя ведь больше нет силы, да и была только темная, – заметил Адхи.

– Нет. И не надо такой. Было так… так больно!

Хорг свернулся на земле в клубочек и заплакал, словно младенец. Плотный кокон черных линий покинул его тело, иссяк из его пораженного горем разума.

– Жди здесь. Мы за тобой вернемся. И домой вернемся все вместе. Обещаю, – кивнул Адхи и кинулся к младшему брату, крепко его обнимая, но твердо говоря: – Дада, ничего не бойся, я с тобой. И Хорг больше не злой.

– Не зло-о-ой? Правда? – недоверчиво протянул Дада.

– Правда. А теперь мы должны добраться до антикварной лавки и помочь Белому Дракону! – сказал Адхи и подхватил младшего на руки. Малыш успел вырасти и потяжелеть, пусть и осунулся за время плена, но старший тоже стал сильнее и кряжистее.

И вновь поплыли малознакомые улицы, среди которых слышался треск магии и грохот выстрелов из орудий дирижабля. А в небе сражались две яркие вспышки. Лесита старалась держаться подальше от них, потому что они сталкивались и рассыпались гибельными всполохами черного и сияющего чистого огня. Белый Дракон рвал когтями бесформенный кокон тьмы, в который превратился Разрушающий.