– Пойдем-ка домой. Уже поздно.

– Или это ты Реду не разрешаешь? – вопила Аделина, когда он тащил ее через людный клуб к выходу.

Реми не ответил.

– Скажи ему, что он должен делать то, что я говорю. – Они уже вышли на улицу. – Или я сообщу отцу, что большую часть времени он проводит в обличье мрака.

Реми застонал.

– Завязывай уже со своими угрозами. Это становится утомительным. Ты сегодня меня утомила.

– Скажи ему, – настаивала она.

– Хорошо, – солгал он. – Я только что это сделал, – добавил он, понимая, что Ред все и сам прекрасно слышал.

– Похоже, это из-за тебя он так ужасно со мной обходится, – заметила она.

Реми не потрудился отрицать очевидное. Они оба были пьяны и рисковали ввязаться в глупый спор. В последние несколько месяцев они слишком много времени проводили вместе, слишком тесно общались и зависели друг от друга, что определенно не являлось нормальным. У них было слишком много общих ужасных секретов, и они то и дело грызлись.

Аделина все еще дулась, когда они, пошатываясь, ввалились в особняк Солта, но Реми было все равно. Он планировал лечь в постель и проспать поздний завтрак.

Однако мгновенно протрезвел, когда увидел, что их ожидает дед.

Солт сидел на диване, освещенный светом единственной лампы, придававшей его лицу жутковатое выражение.

– Вы когда-нибудь слышали о Клеофесе Йоркском? – обратился он к ним так, будто продолжая начатый ранее разговор.

– Нет, – нерешительно отозвался Реми. Такова была цена денег Солта: жить на его условиях и уделять ему время.

– Это очень старый мрак, – пояснил Солт. – Который был привязан к новому хозяину пять лет назад. Кажется, я придумал способ поговорить с ним без ведома хозяина. Для этого мы проведем эксперимент.

– Какой? – нахмурилась Аделина.

– Со старым добрым лекарством. – Солт взял с журнального столика пузырек с жидкостью и встряхнул его. – Я вколю его Эдмунду, и мы посмотрим, позволит ли это Реду манипулировать им.

– Я слишком пьян, – запротестовал Реми. – От смешения выпивки и наркотиков рок-звезды обычно отбрасывают коньки.

– Не льсти себе, – фыркнул Солт. – А теперь садись на диван и закатывай рукав.