Чарли не собиралась этого делать, но решила намекнуть Дорин, что именно таково ее намерение. Адам не хотел бы, чтобы вокруг рыскали копы, особенно учитывая его незаконные сделки. Возможно, угроза заставит его отступить.

Войдя в номер мотеля, Чарли позволила матери усадить себя на диван, а Поузи устроилась на барном стуле у кухонной стойки и тут же поставила на зарядку телефон и ноутбук. Всего комнат было три: спальня, пройдя через которую можно было попасть в ванную, мини-кухня с маленьким барным столиком и двумя стульями, а также гостиная с диваном и телевизором. Кабельное телевидение входило в понедельную стоимость и дополнительных трат не требовало.

Из предыдущего жилья мама с Бобом привезли немного мебели. Две лампы, которые Чарли помнила с детства, незнакомый, но явно не гостиничного происхождения ковер, несколько книжных полок и стопки картонных коробок Боба с карточной игрой «Магия: Собрание», которых у него было очень много.

Он утверждал, что они чрезвычайно ценные и что, когда будет готов, продаст всю коллекцию и купит дом, но пока не может этого сделать: сначала нужно завершить судебную тяжбу со своим прежним работодателем из «Мишн Тракинг», который, несомненно, повинен в его проблемах со спиной. Суд предписал компании оплатить Бобу страховку. Руководство хотело договориться с ним полюбовно, чтобы улизнуть от своих обязательств, но Боб не соглашался на сумму меньше миллиона.

Он постоянно обещал матери Чарли и Поузи, что как только получит деньги, они заживут с размахом. Такова была его версия большого куша. И примерно с такой же долей вероятности.

– Нам нужно обработать твой глаз, – сказала мама. – Ох, милая, он и сейчас-то выглядит не очень хорошо, а завтра будет еще хуже.

– Я принесу льда, – вызвался Боб. – Здорово же тебя отделали.

– Как видишь, – усмехнулась Чарли.

– Надеюсь, что и ты пнула засранца куда следует.

Он вручил ей пакет замороженного горошка, и она прижала его к глазу. Боб начал лысеть и отрастил брюшко, а одет он был в футболку с надписью, уверяющей в любви к группе «Рамонес».

Поставив все свои приборы заряжаться, Поузи спрыгнула с табурета и стала наливать кошке воды в пластиковый контейнер из-под супа навынос.

– Переночуете у нас, – сказала мама. – Я настаиваю.

До светского приема Солта оставалось всего несколько дней, и у Чарли не было времени ни на синяк под глазом, ни на то, чтобы торчать у матери. Все же саднящее лицо чрезвычайно ее вымотало. Кроме того, приехав сюда, она собиралась провернуть еще кое-какую задумку.

– Хочешь, чтобы я вытащила надувной матрас из «универсала»? – спросила Чарли, но мама отрицательно покачала головой: