Веня Невров стримил для оппозиционного канала-миллионника. Трансляция называлась «Береньзень. Исход». Открывал ее ВрИО Крабынчук, снимал Ромиш Хикматов.
— Площадь воспламенения в пределах контролируемой нормы. Мы опасаемся незначительного снижения популяции зайца и выдры. Жителям посёлка настоятельно рекомендуем воздержаться сегодня от наших традиционных береньзеньских пикников. Однако администрация компенсирует гражданам яркие впечатления и приятные эмоции. Приглашаем вас на просмотр кинофильмов отечественного и зарубежного производства в наш кинотеатр «Октябрень» на Ленина, 14. Вход бесплатный. Также ожидаются викторины, веселые конкурсы и неожиданные сюрпризы! — Крабынчук вытер лоснящуюся физиономию бумажкой со спичем. — Жарко. Закончили?
Веня жестом намекнул смекалистому Ромишу прикрыть красную лампочку на камере.
— Угу. Закончили.
— Я в Финку. Ну, нахер! Пятьсот ГА уже хуярит… МЧС сюда хуй пошлют, не Чили, не Турция, блядь. Сука…. — Крабынчук пнул кресло Рузского со следами замытой крови. — Столько жопу рвал… Подлизывал. И чего ради? Горит моя делянка! Мое бабло! Пускай и человечина с ним прожарится. Тупое быдло!
До Финки ВрИО не добрался. Свернул, видимо, не туда.
И Борзунов с Анфисой и Коротким никогда не показались в облцентре.
Старик Аверин, пес Черкес, ежиха и вороны на превосходной надувной лодке Роба Недуйветера спаслись в центре озера Лесного. Осетры Машка, Лизка, Раиса Павловна, Сандра Булак и Лаврентий, естественно, не пострадали.
Дом Забытых Синикки добровольно (по-швейцарски) и празднично (по-русски) переправился в мир иной — Тапиолу. Тамара и Арсений отравили вино, мясо, пироги и сено. Все их питомцы испустили дух умиротворенными и сытыми. Под музыку Сибелиуса… и визги тлеющих соловьев.
Глава двадцать восьмая. Всё- таки либидо
Глава двадцать восьмая. Всё- таки либидо