– Не знаю. Думаю, в конце концов, я бы выяснил, что вы – это вы. Если честно, я удивлён. – Я улыбнулся.

– Пути господни, как ты, наверное, слышал, неисповедимы. Кто-то теряет, а кто-то находит.

– Вы теперь тут главный?

– Не совсем. Главные, понимаешь ли, сами нуждаются в присмотре. Вот я на хозяйство и поставлен. Кстати, если ты такой наблюдательный, что думаешь по поводу краж грузов и машин? Ты немало времени провёл в этих стенах, должен понимать систему изнутри. Тебя ведь первым грабанули?

– Ну, если разобраться, то никто меня не грабанул. Что получил, то и привёз. Я тогда вообще решил, что всё это розыгрыш и просто кому-то понадобилось докопаться до моего тогдашнего штурмана. Цеховые разборки, знаете ли.

– Представляю. – Полковник встал из-за стола и подошёл к окну, закуривая новую сигарету. – Это было бы замечательным объяснением одного-единственного случая. Но беда в том, что история продолжается, причём имеет завидную закономерность.

Он мог просто проверять меня, поэтому я подыграл и повёл себя так, будто он со мной советуется.

– И в чём эта закономерность?

– Ты же знаешь, что мы самые большие если не в Европе, то в Италии. Грузы идут отовсюду. У нас на сегодня одних экспедиторов во всех центрах скоро за тысячу перевалит. Пора писать собственную конституцию и открывать посольства в разных странах. – Он усмехнулся. – При этом проблемы возникают исключительно на одном и том же направлении – из восточной Европы. Испанские или британские грузы воров не интересуют.

– А что такого особенного есть в восточной Европе? – Я чуть было не сказал «в Румынии».

Полковник развёл руками.

– Ума не приложу.

– Полагаю, именно поэтому на моём месте сидела Татьяна? Консультировала?

– Возможно. – Полковник рассмеялся. – А ты, я вижу, всё такой же – в меру наблюдательный, в меру обаятельный, в меру простачок. Послушай, – добавил он, возвращаясь в кресло и глядя мне прямо в глаза, – что ты скажешь, если я снова предложу тебе поработать на меня? Мне нужно во что бы то ни стало распутать эту историю.

Я очень живо представил себе случайную встречу с теми самыми ребятами, которых мы недавно клали на обочине дороги мордами в пыль. Я тогда был в одноразовых тёмных очках и старенькой бейсболке, однако чем чёрт не шутит, всегда кто-нибудь по чему-нибудь может узнать. По голосу, например.

– Скажу, что у вас в кабинете только что запахло порохом, а я даже в армии старался отлынивать от стрельбища. Недолюбливаю я это дело. Побоксировать в открытом поединке – это ещё куда ни шло, а иметь дело с огнестрелом – нет, лучше уж я курить начну.