Однажды генерал и принцесса договорились лететь на Розалинд-Франклин – узнать, как идут дела у подопечных. За лосями ухаживали деваха-камиказе, идиот-елдыринец и качкаиды: Олаф, Катерина, Йозеф и Людмила. Иногда в имение наведывался девахин брат Гардиальд. Зугард немного ревновал к нему из-за давней истории, которую когда-то рассказывала принцесса. В этот раз она отправилась на Розалинд раньше генерала: Эрмеон подписал его увольнительную только через дней шесть. С другой стороны, так было даже лучше: влюблённые вроде бы и не вместе улетели в путешествие.

Личный корабль Зугарда стоял на космодроме в Беатрис-Тинслей. Мундимориец сперва нанял сторонних пилотов, а потом отказался от их услуг и полетел вместе с проверенными людьми. Устроившись на диване в пассажирской каюте, он воображал, как сильно удивится принцесса, когда узнает о союзе с ультраправыми.

«Хорошо бы и с Хельмимирой лично встретиться», – думал Зугард. За последнее время он обнаружил, что партизанское движение совсем не отмирало. Наоборот, из военной секты оно превращалось в мощную подпольную организацию. Партизанам принадлежали заводы, которыми Хельмимира управляла через третьих лиц. Среди подпольщиков были крупные чиновники. Даже в Исполнительной Палате уже намечались их лобби.

Дорога заняла более двадцати часов по джоселинскому счёту. Зугард намеренно не использовал фекалии лосей: нельзя было выдавать секреты даже подручным. К тому же, основная часть фекалий находилась у подпольщиков. Их доставляли на планету Лиза-Мейтнер, а потом везли на Джоселин под видом продуктов корпорации «Копрорация».

Незадолго до приземления Зугард успел поесть и поспать. Его разбудил сигнал из кабины: первый пилот доложил, что корабль входит в атмосферу Розалинд-Франклин. Зугард включил экран, который был связан с одной из внешних камер – и тут же генерала ослепил яркий свет. В той части Розалинд-Франклин, где находились редкие участки суши, всегда стояла тёплая погода. Сперва не было видно ничего, кроме облаков; по мере того, как корабль снижался, Зугард всё яснее различал внизу огромный океан, которым была покрыта планета. Наконец, аппарат спустился настолько, что стало возможно рассмотреть крошечные родинки-острова. Из кабины вновь послышались переговоры: пилоты просили разрешения сесть на местном космодроме.

«Прибыли!» – довольно подумал Зугард, вновь откидываясь на диван.

Когда корабль приземлился, мундимориец пошёл в ангар, где его ждал сотрудник космодрома. Зугард предъявил ему все необходимые документы. Бюрократические процедуры удалось закончить довольно быстро; генерал попрощался с чиновником и сел в телекоптер. Это даже не был его аппарат; Зугард взял его напрокат перед поездкой – через третьих лиц. Открылись ворота – и мундимориец поспешил направить аппарат в туннель, который выходил за пределы космодрома. Оказавшись над морем, Зугард перевёл навигатор с джоселинской системы координат на местную. Путь к Визулинде был свободен.