– Так вот, что означает «пасти лосей»! – догадался Зугард.

– Ага, то и означает, – улыбнулась принцесса. – А ещё я вижу, что пора собирать помёт. Давайте дождёмся окончания цикла генерации, а потом вернёмся к дому.

По дороге к дому генерал держал любимую за руку – правда, как только показались постройки, руку принцессы пришлось отпустить. У посадочной площадки влюблённых ждала ироничная, торжествующая Стефания.

– Поздравляю, Ваше Сиятельство, – сказала она, как только Зугард приблизился. – Ваш аппарат не взлетел.

«Вот так стерва!» – подумал генерал. Краем глаза он заметил, как по двору прошёлся погрузочный дроид с двумя вёдрами воды. Следом, держа пульт управления обеими руками, ступала босая баба. К удивлению Зугарда, она была брюхата.

– Людк, а Людк? – окликнул её Олаф, который всё ещё возился с капсулой. – Давай чем подсоблю!

– Ой, да сама справлюсь, – отозвалась баба и направила дроида в дом.

«Ещё и плодятся на моей территории! – мысленно возмутился Зугард. – Совсем охренели!»

– Нужно и лосям в поилку воды добавить, – проговорила принцесса. – И, думаю, пора собирать экскременты. Есть ещё надежда получить хорошее топливо.

– Скоро пойдём в загон, – ответила Стефания. – Только ребята с рыбалки вернутся.

Вскоре вернулись рыбаки, таща с собой полный контейнер улова. Зугард вновь увидел Дюнделя, который привёл его на партизанскую базу. «Вот ведь судьба у парня! – усмехнулся генерал. – И вечно у меня в гостях обретается…»

Ребята приготовили уху из моллюсков. Зугард не ел, погружённый в свои невесёлые мысли. Наконец, трапеза была окончена; партизаны собрались идти в загон, а беременная Людмила осталась чистить рыбу, чтобы пожарить её к ужину.

– Давай, останусь подсоблю тебе, – снова предложил ей Олаф.

– Да справлюсь я, – отозвалась Людмила. – Идите вы лучше говно собирайте!

В загон отправилась целая процессия: генерал, принцесса, пятеро партизан и трое погрузочных дроидов, которые тащили воду для лосей. Как только все оказались на месте, Стефания добавила в сырьё для кислорода слабый седативный препарат и включила генератор. Спустя некоторое время лоси уснули: некоторые из них застыли, прикрыв глаза, а некоторые даже опустились на землю. Убедившись, что все животные спят, партизаны сняли поле белиберды. На сбор фекалий у ребят было всего полчаса по местному счёту; после этого лоси могли проснуться.

– Нужно усыплять их очень осторожно, – говорила Визулинда. – Препараты могут нанести им вред.

Тем временем партизаны, надев перчатки, принялись собирать помёт и складывать его в большие пакеты. Фекалии были плотные, почти твёрдые; сборщики утрамбовывали их так, чтобы в пакет поместилось побольше. Ребята работали слаженно: каждый «прочёсывал» свой кусок территории. Правда, фекалии располагались неравномерно: почему-то именно в одном из участков загона их было больше всего. Партизаны шутили, что именно там у лосей находилась уборная. Визулинда управляла погрузочными дроидами: каждый из них по очереди лил воду в поилку.