– Что ж, – произнёс он, – если вы меня не убьёте, это будет очень мило с вашей стороны.

– Что вы, это пустяки! – воскликнула Визулинда. – Вы ведь отречётесь от престола, зачем вас убивать?

– Ну, мало ли, – пожал плечами император. – Ультраправые, например, собирались – хоть я и не видел их ни голыми, ни привязанными… Да и Хельмимира, думаю, была бы не прочь со мной расправиться.

– Ох уж эта Хельмимира! – засмеялась Визулинда. – Её хлебом не корми, дай кого-нибудь расстрелять!

– Да уж, я знаю, – согласился Брандомонд. – Я ведь, считай, был рядом, когда Трисберта расстреливали…

– Рядом? – удивилась Визулинда. – В подвале?

– Ага, – отозвался Брандомонд. – Хотел бежать на космодром – через туннель из покоев «Развитие». Иду по нему – а его, представьте себе, завалило…

– Бомбардировки – это дело такое, – вставил генерал. – Там всё крыло разнесли.

– Ну вот. Возвращаюсь – а там шаги, голоса… Я спрятался в тайник и слышу: вроде Трисберт и его молодцы. Сначала они тоже в сторону космодрома побежали, а потом вернулись, ругаются… Потом какой-то шум начался, выстрелы… «Ну всё, – думаю, – конец мне».

– Это, наверное, партизаны Трисберта взяли, – догадался Зугард.

– Я тогда и не понимал толком, партизаны это или кто… Сижу в тайнике, дышу еле-еле. Тут слышу, Трисберт к кому-то обращается. «Ты, – говорит, – сука, стреляй в меня, чего медлишь? Я бы и Брандомонда пристрелил, и Хельмимиру вашу…» А тот, видно, по морде ему прикладом стукнул…

Брандомод сделал паузу, чтобы перевести дыхание. Влюблённые переглянулись.

– К слову, сестрица, и вы там тоже были, – сказал император, помолчав.

– Я?! – воскликнула Визулинда. – Ах, да, точно…

– Вы ещё тогда ультраправых под трибунал хотели отдать.

– Ну, это я наивности.

– С вами там ещё Хельмимира была?

– Она самая, кто ж ещё!

– Я так и понял… Деловая такая: «Пойдёмте, – говорит, – наверх, объявим вас императрицей»… А партизаны потом ещё обсуждали, куда трупы девать…

– А почему вы из «Развития» бежали, а не из императорских покоев? – спросил Зугард.