«Вот это я понимаю императорские покои!» – возбуждённо подумал Зугард и, не теряя времени, бросился к любимой.

– Вы мой сладостный монархический фетиш! – воскликнул генерал, хватая Визулинду на руки.

Та, издав короткий смешок, обняла его за шею. Зугард отнёс драгоценную добычу на кровать, уложил её и тут же стал снимать с себя одежду. В это время Визулинда вновь принялась расстёгиваться, однако генерал оказался быстрее: к тому времени, когда она дошла до четвёртой пуговицы, Зугард уже стоял перед ней голый. Возбуждённый, он хотел было запустить руки под подол визулиндиного платья – но внезапно она сказала:

– Вижу, генерал, вы в боевой готовности… Давайте я привяжу вас и доставлю вам оральное удовольствие!

От такого предложения Зугард оторопел: звучало заманчиво, однако быть привязанным никак не входило в генеральские планы.

– А привязывать меня зачем? – осторожно спросил мундимориец.

– Как это «зачем»? – возмутилась Визулинда. – Мы ведь решили разнообразить сексуальную жизнь! Я слыхала, есть такие практики, где вроде бы кого-то зачем-то привязывают…

Зугард смутился ещё больше, однако чего не сделаешь для любимой женщины? «Деваться некуда, – подумал генерал. – Сам ведь предложил ей всякие непотребства…Назвался груздем – полезай в кузов!»

– Что ж, привязывайте, – с готовностью проговорил Зугард. – Только я не понимаю, какое отношение это имеет к монархии…

– Не волнуйтесь, я вас потом обратно отвяжу, – пообещала Визулинда.

Приподнявшись, мундиморийка оглядела комнату. Зугард немедленно сообразил, что любимая ищет место, куда б его покрепче привязать.

– Придумала! – воскликнула Визулинда. – Становитесь на кровать: привяжем вас к верхней башенке на изголовье… Кстати, где ваш ремень?

Ещё некоторое время влюблённые искали ремень Зугарда, который в итоге оказался на полу под брюками. После этого генерал забрался на кровать и смирно стал к изголовью.

– Примерьте, – сказала Визулинда. – По росту подходит?

Зугард поднял руки и приложил их к верхней башенке.

– Пожалуй нет, – произнесла Визулинда, – подвиньтесь немного в сторону!

Зугард отступил на полшага влево и вновь поднял руки. Визулинда собрала подушки, сложила их горкой и, став на них, как на приступочку, начала привязывать любимого его же ремнём. Зугард невольно вспомнил свой сон под кафкой и усмехнулся горькой иронии: во сне Визулинда была в таком положении, а на яву – он… Одно только радовало: мундимориец понимал, что удовольствие, которое доставит ему нежный рот любимой, искупит все невзгоды.

Закончив работу, Визулинда отошла и осмотрела результат.