– Ну, поехали! – проговорил Гоблинович и повернул рычаг.

Бабельянц застонал. Гоблинович принялся читать с нужного места, изредка поглядывая на табло материализатора. Необходимо было следить за тем, чтобы показатели жизненно важных функций оставались в норме. Так прошло около сорока джоселинских минут. Когда сигнал материализатора возвестил о том, что в ёмкости находятся необходимые десять карло-саганов, Иннокентий выключил питание и открыл крышку.

– Жив? – спросил он старика.

Кряхтя, Бабельянц подёргивался. Иннокентий положил его руку к себе на плечо и помог сесть.

– Ничего, – сказал он, – скоро оклемаешься.

Голограмма по-прежнему оставалась активной. Иннокентий буднично обошёл вокруг материализатора, чтобы открутить ёмкость и перелить энтузиазм в канистру. Каково же было его удивление, когда вместо чистого энтузиазма, светящегося в полутёмной комнате, он увидел в ёмкости буро-коричневую жижу.

– Что за… ? – ошарашенно воскликнул Иннокентий.

Старик не обратил на него никакого внимания. Гоблинович принялся откручивать ёмкость – и тут же почувствовал омерзительный гнилостный запах.

– Вот дерьмо! – выругался Иннокентий, пытаясь поскорее перелить жижу в пустую канистру и плотно закрыть крышкой.

К тому времени, когда он закончил, старик уже немного пришёл в себя.

– Что там такое? – спросил он Гоблиновича.

– Не знаю, старый, – отозвался тот, выходя из-за материализатора с канистрой в руках. – Видишь, что получилось?

Иннокентий приподнял канистру и указал на буро-коричневую жижу внутри неё. Глаза старика расширились от удивления.

– Ну и ну! – вскликнул он. – Это что, тоже энтузиазм?

– Вряд ли, – с сомнением ответил Гоблинович. – Слишком уж нечистый… да и воняет…

– Может, попробуем залить его в генератор? – предложил старик.

– Ну уж нет! – решительно заявил Иннокентий. – Я рисковать не собираюсь! Знаешь, что с нами партизаны сделают, если мы им генератор испортим? А как потом объяснить?

Партизан старик побаивался.

– Ладно, – решил Гоблинович, – вылью эту гадость на заднем дворе.

– И чего это оно так? – испуганно спросил Бабельянц.