Миг. И теперь уже тяжело дышавший Раян повалил Томаса на жгучий пол, нависая над его, покрытым дрожью, телом. Глаза дитя, несмотря на усталость, полнились непоколебимой решимостью перед которой меркла любая попытка его друга запятнать себя.

– Что за бред ты несёшь? – растерялся Томас, – Спасти?

– Верно… – сощурил глаза Раян. – Ты ведь сам сказал, что я нужен Кристофу. Если он из-за меня это со столицей устроил, то разве не лучше стереть важную часть его плана в пепел, чтобы тот полетел к чертям? – зрел мальчик в корень, – Так же с твоим братом. Если его телом завладел элементаль, то своим выбором ты спас Томаса от худшей смерти. Так и зачем же себя корить?

Томас обессилил. Нож выскользнул у него из руки, шипя от прикосновения с холодным полом, отражая в лезвии опустошенные глаза хозяина да отблески кровавого огня на фоне.

Принц прекрасно помнил ту ночь. Помнил, как брат с вытянутыми руками пытался приблизиться к нему, согреть, но в глазах мальчика затаилась чужая воля – воля элементаля, что желала уничтожить единственного родного иде. И как только старший близнец понял это, страх простился с ним, оставляя место сожалению.

С горькой решимостью, малец принял смертельные объятья брата, вонзив в его шею осколок, и пламя захватило детей. Оно сжигало слёзы, растекаясь по соседним домам. Элементаль выбрался из постороннего тела.

Выживший мальчик думал, что погибнет. Он всем сердцем хотел умереть. Однако его судьба распорядилась иначе. Чтобы спасти Раяна от худшей смерти, принцу вновь предстояло убить брата, но всё же…

– А ты вырос, – горестно улыбнулся Томас, – Я и не заметил.

Момент. И пол, захваченной огнём комнаты, решительно прогнулся. Юнец, лежащий под Раяном, среагировал первым, оттолкнув захваченного чувствами брата в сторону.

Падая на первый этаж здания, Томас влёк за собой стальные балки шатких стен и их громоздкие каменные части. В то время как Раян, в попытке докричаться до юноши, под наклоном стал скатываться к образованной дыре.

Выхода не было. За стеной пламени с горячей пылью принц потерял брата из виду. Надеясь, что он уцелел, Раян бросился по коридору к главной лестнице холла. Как просевшее научное здание обвалом перегородило мальчику выход.

«Только бы ты выжил. Прошу, Томас…» – с единственной мыслью следовал незнакомым коридорам принц.

Комната. Поворот. Не этот. Комната. Сквозной коридор. Налево. Прямо.

У Раяна совершенно не было сил. Живого элемента в теле иде оставалось всё меньше и меньше, отчего он быстро терял вес. Но даже в этой ситуации ребёнок выискал преимущество, проскакивая по таким некрепким поверхностям, по каким не смог бы в своей здоровой форме.