Сквозь сетку веток берез, осенними часовыми стоящих вдоль полоски земли, слева виднелось поле – голое по сезону. Вспахано было под пар, весной карантин, а потом… Так с прошлой осени и брошено, получается: год в топку. Унылая пора, очей… Да нет, с очарованием было туго. Хотелось побыстрее добрести до сторожки, сказать дяде Прохору, что его ждет председатель, выпить горячего чая – если предложит, конечно, и назад.

Поле все в ямах, видны оплавленные пятна земли, да и березы теперь не ровным рядом, есть в нем провалы, как в щербатом рту. Несколько повалено, обходить приходится.

А что делать – охота проходила и здесь.

– Кра! – неприятно резанув воздух, гаркнула с одной из веток ворона.

Шумно завозилась, сбивая вниз труху и наконец взлетела по своим птичьим делам. Антон остановился и, подняв голову, проводил ее взглядом, зябко потирая ладони. Ноябрь же, снег скоро ляжет, холодно. Ветер этот еще… Варежки бы, но вроде как рано.

– С-сука, – сказал он вслед птице. – Напугала, тварь!

На самом деле ворона – только повод выругаться, не в ней проблема. Да и напугать Антона с некоторых пор сложно, уж точно не птице это под силу. Когда появились охотники, а потом дичь, страшно было до одури, а потом… Потом притерпелся. Уснул душой, хоть и казался со стороны обычным деревенским мальчишкой – щуплым, лет четырнадцати на вид, в стеганой телогрейке, облезлом кроличьем треухе – сером, как та ворона, и в отцовских ботинках не по размеру.

А в глаза заглянуть – там как стекло на морозе. Непрозрачное все, льдистое.

– Срочно позови Прохора, срочно… Охотники вечером приедут, конечно, – бурчал он себе под нос, передразнивая председателя. Хотелось пнуть кучу листьев, да ботинок жалко – слетит, прыгай на одной ноге, ищи его. А в портянке, слишком толсто намотанной, чтобы хоть как-то удержать обувку, на листья наступать не хотелось. Промокнет – и ходи потом, терпи. Земля уже мокрая. – Чего спешить? Никуда мы не денемся… Ни дядька, ни я. Ни сам председатель, язви его под дых.

Это да. Деревня их, со смешным названием Чебарьки, окрестные поля, речка, кусок леса, где и сидел сейчас в сторожке дядя Прохор, теперь – словно Зона из старых фантастических книг. От отца две полки таких осталось – «сталкер» там, «метро», стиксы всякие. Про выживших, про мутантов, радиацию и сбор хабара. Антон и сам их перечитал, и приятелям давал. В практическом смысле ничем не помогло, конечно. Да и не могло бы помочь, зато удивление вызвало – кое-что авторы с незнакомыми фамилиями угадали здорово. Точно. Особенно про…

– Кра! Кра!..