— Туда, где Вы будете предлагать мне бочку варенья и корзину печенья, а я буду торговаться за каждую печенюшку.

— О! «Сказку о Мальчише-Кибальчише»[94] знают и во Франции?

— Во всяком случае, все, кто изучает русский язык.

— Но Вы, Катя, куда бы хотели?

— Честно?

— Честно.

— Я бы хотела, чтобы Вы отвели меня куда-нибудь, где есть музыкальный инструмент, и нет посторонних. И чтобы Вы, Юрий, посвятили мне песню, которую ещё никто в мире не слышал.

— Нет ничего проще!

И мы отправились к площади Трёх Вокзалов. Катя оказалась интересной собеседницей, я тоже разговорчивый парнишка, так что по дороге мы не скучали.

У запасного выхода ЦДКЖ я обратился к вахтёру:

— Уважаемый, как бы мне увидеть курьера Кешу? Иннокентия.

— Кеша? Только что тут был.

Вахтёр обернулся в коридор и крикнул:

— Кеша, тут к тебе пришли товарищи!

— Я здесь! Что нужно? — тут же высунулся из недалёкой двери мой лохматый приятель.

— Кеша, это я, Юрий Бобров.

— Рад видеть, Юра! Что-то нужно? — спросил он, подходя вплотную.

— Кеша, познакомься, Это Катя, она корреспондент французской газеты. Катя, познакомьтесь, это Иннокентий, начинающий деятель советской и мировой культуры.

Кеша благодарно взглянул на меня, и восхищённо глядя на Катю, осторожно пожал её протянутую руку.

— Для друзей я просто Кеша.