— Такая у меня работа, Пиппа. Мне не обязательно радоваться тому, что я выясню. Обязательно только следовать за уликами.

— Только это ты и делаешь?

— Да. Всегда.

— А ты правда, — легкий намек на улыбку возникает на длинном невыразительном лице, — держала на мушке студента семиотика?

— Это был электрошокер, — уточняет инспектор. — Да.

Поразмыслив, она добавляет:

— Как я понимаю, он забыл упомянуть, что нарядился Гитлером? Или Чаплином? Свидетель его отметил как угрозу — довольно похоже на мое описание Лённрота, я полагаю.

— Эта деталь выпала у него из памяти. Но я, конечно, видела.

Нейт вздрагивает:

— Я выглядела совсем чокнутой?

— Довольно эксцентричной. Но любой человек, который дал бы себе труд ознакомиться с твоим личным делом, понял бы. Думаю, у тебя синяки еще ого-ого какие.

— Не проверяла?

Пиппа Кин кивает:

— Проверяла. Мои соболезнования.

— Я отдыхала. Теперь работаю. Это помогает. Дело важное.

Кин снова кивает. Нейт можно понять. Все можно понять, если посмотреть с правильной точки зрения.

— Ты выдала ордер на арест Регно Лённрота. Но, как я понимающего не поймали.

— Это меня расстраивает.

— У тебя есть предположения, как этот Лённрот умудряется избегать задержания?

— Свидетель предполагает применение средств технического противодействия.