— Анна?

— Нет.

Он думает, что понимает происходящее. Со мной можно работать.

— Как мне тебя называть?

Я повторяю то же имя, что и Системе:

— Регно Лённрот.

Я вижу, как он шевелит губами, на тевтонском «ö» так, будто у него во рту яйцо.

— Можно просто Лённрот, — предлагаю я, — если так проще.

— Ладно, — говорит Оливер. — Договорились. Лённрот.

Он выдает свою лучшую улыбку — открытую и добрую.

Когда он отключается, я снова и снова проигрываю запись звонка, прислушиваюсь к оттенкам тона, сомнительным ноткам. Устанавливаю на повтор и принимаю ванну, слушая его и просматривая биографию Дианы Хантер.

Настоящую, потому что Свидетель мне не врет. Никогда.

Оливер. Я начинаю понимать.

* * *

Я ныряю в море времени, ищу Диану Хантер.

Вот год, когда она должна родиться, огузок американского века, начало технологической эры. Мир лечится от болезненного пристрастия к страху, но не очень успешно. На месте биполярного или, точнее, двухполюсного расстройства разгораются очаги мелких войн, которые готовят еще сто лет ужаса. Правительства обманывают себя настолько же, насколько своих граждан и врагов, в горячке шлак стоит как золото, а драгоценности идут по бросовой цене, а еще лучше свободно, то есть бесплатно. О другой свободе уже не думают. Народ опять голосует за вранье и блестяшки на елочке из дерьма, а на другом лице мира смерть встречается чаще, чем шнурки на ботинках.

Но нет и следа Дианы Хантер. Нет радостных папы и мамы Хантер из Золоченстона, Супер-Пентхауса или Будда-Медитацинга. Ни одной деревни, городка или поселения, в которых нашелся бы богатый особняк или глинобитная лачуга, знавшие ее первый крик. Ни один роддом не хвастается ее рождением в новостях, ни в одной газете нет фотографии этого радостного дня, никто никому не посылает поздравительных открыток. Ни цветов, ни букетов, ни подарочных распашонок или подгузников.

Где же она?

Она где-то училась? Добилась чего-то? Может, по-глупому влюбилась, танцевала голышом на столе, упившись текилой, и повзрослела с радостью оттого, что в ее молодости еще не было цифровых камер в телефонах?

За кого она вышла замуж? Откуда у нее такой шрам?