– Ты прав, – отозвался Лексий. – Но я не знаю, что теперь с этим делать.

В какой-то момент этот мир решил за них. Наверное, любую судьбу можно переломить, но Лексий никогда не был сильным и храбрым. Всё случилось так, как случилось. Он слишком долго покорялся течению.

– Я тоже, – негромко сказал Рад.

Улыбнулся и уже совсем другим тоном добавил:

– Ничего. Не будем пока об этом думать. Объявляю прямо: на следующую декаду вы – мои пленники. А там посмотрим…

Лестер, единственная прислуга в доме, не считая женщины, заведующей кухней, проводил Лексия в его комнату. Оглядывая высоченные потолки и дубовые двери «скромной лачуги», Лексий невольно задумался, что сказала бы на всё это Радомирова тётьМаша. Лексий хорошо её помнил. Если бы дома Рада ждала мама, он вряд ли был бы так уверен, что его судьба – остаться здесь…

Жизнь всё-таки ужасно забавная штука – в прошлый раз, когда Лексий ночевал у Рада, тот снимал узенькую комнату где-то на окраине Питера… Устраиваясь на ночь, он вдруг почему-то вспомнил и другие ночёвки – очень давно, когда они оба были ещё школьниками. Родители тогда ещё не развелись, но уже были к этому близки; Алексею порой становилось невмоготу, и тогда Рад с матерью предоставляли ему политическое убежище. Если бы кто-нибудь в тот момент показал ему портал в другой мир, Алёшка Кирин поскакал бы в него галопом, просто чтобы не оставаться в этом. Бодро и задорно прошёл бы все испытания, победил всех драконов, тиранов и огнептиц и вернулся обратно умудрённым и повзрослевшим…

Но как же Рад умудрился прожить в этом мире без малого три года – и не завести друзей? Так странно, Радомир никогда не сторонился людей, и, видит небо, он был человеком, к которому тянешься, безотчётно и необоримо. Да что там дружба – будь его сердце свободно, он мог бы без шуток осчастливить какую-нибудь девицу на всю её жизнь. Жаль только, что поговорка про козла снова оказалась права, и его избранница грезит не о принце на белом коне, а о незамерзающем порте на море…

Уже засыпая, Лексий осознал, что Лада даже не спросила у него, чего ради он сбежал из Сильваны.

Она не сделала этого и на следующий день. Кажется, когда они были вместе, такие мелочи мало её тревожили. За завтраком они вдвоём написали Ларсу письмо о том, что они живы, здоровы, нашлись и просят прощения, что втянули его в свою нелепую комедию положений. Потом, когда они вернутся в Урсул – рядом с Ладой Лексию как-то невольно верилось, что они туда вернутся, причём вместе, – придётся как-нибудь объясняться с её родителями… Сказать им, что жених в порыве молодого нетерпения схватил возлюбленную в охапку и неожиданно для себя увёз её в преждевременное свадебное путешествие? За такую безответственную наглость Горны, чего доброго, ещё заберут обратно своё благословение…