Конечно, он, кто же ещё! Не я же рад твоим внезапным тёплым чувствам! Какое мне до них дело, когда Рад там-…

– Господи! – в ужасе сказал Лексий в пустоту. – Он ведь даже не знает, что я не погиб!..

– И что с того? – холодно заметил Элиас. – Переживёт.

Лексию захотелось застонать.

– Ты не понимаешь!..

Братец зло фыркнул.

– Да куда уж мне!.. – но Лексий его толком не слышал.

– Мне нужно дать ему знать, – сказал он.

– Не советую.

Лексий почувствовал себя так, словно разбежался, чтобы выбить дверь плечом, и в этот самый момент её открыли изнутри – потому что Элиас произнёс это совершенно спокойно. Не запрет, не угроза – именно что совет, и только. Хочешь – слушай, хочешь – нет, хозяин барин.

– Это ещё почему? – растерянно осведомился он.

Элиас вздохнул, как учитель, которому приходится разжёвывать тупоголовым школьникам самые простые вещи.

– Даже если Клавдий почему-нибудь простит тебе выходку с исчезновением, я почти совершенно уверен, что за тобой станут присматривать. По крайней мере, какое-то время. Не слишком разумно будет вести себя… подозрительно. Если вероятный изменник начнёт переписку с вражеским командиром, пусть и не ахти каким, это любого заставит насторожиться, как считаешь?

Про́пасть, Лексий. Дурак, а не волшебник, теперь уже однозначно.

– Ты прав, – устало сказал он. – Айду, я и не подумал.

Элиас равнодушно дёрнул плечом.

– А стоило бы хоть иногда! Ты уже большой мальчик, пора учиться работать головой, пока она у тебя ещё есть. Так что, ты наконец готов? Я понимаю, опоздание у Ринов не считается за грех, но мне нужно доставить тебя его величеству, пока тебя не сочли беглецом, а нас – твоими пособниками. Честное слово, у нас с парнями и без тебя хватает забот.

Ветер, встретивший их за дверью, определённо стал холодней. Лексий закрыл глаза, прислушался и понял, что эта зима будет суровой.

Их путь лежал через более оживлённую часть деревни, превращённой в военный лагерь. Погружённый в свои мысли, Лексий рассеянно скользил взглядом по встреченным лошадям и людям в одинаковых плащах – наверное, форменных… У Элиаса был такой же, он почему-то нёс его под мышкой.

– Оденься, – машинально сказал Лексий, – на тебя смотреть холодно.