Говорят, сухим летом торфяники могут тлеть месяцами. Огня, спрятанного в глубине, не видно, и поверхность выглядит обманчиво целой, вот только если ступишь – провалишься. Лексию вдруг стало страшно даже дышать. Клавдию вовсе не обязательно было орать, чтобы внушать ужас – о нет, хватало одного его тона, такого обманчиво спокойного…

– Ваше величество.

Звук знакомого голоса заставил Лексия вздрогнуть. Заговорил Ларс – до этого он молча стоял в углу, и Лексий его не заметил. Обычно господин Халогаланд был первой вещью, которая бросалась в глаза, как только вы входили в комнату, но сейчас вся его нарочито эксцентричная харизма куда-то пропала. Раболепия перед монархом, впрочем, тоже не было ни капли: сдержанная серьёзность – и только. Наверное, так могут только настоящие лучшие люди – не самые богатые или самые родовитые, а именно настоящие…

Клавдий сверкнул на Ларса тёмными глазами.

– Чего тебе, Халогаланд? – грозно буркнул он.

– Если мне будет дозволено высказаться, я хотел бы напомнить, что, соверши господин ки-Рин хоть одно из деяний, в которых вы его обвиняете, его присяга не позволила бы ему остаться в живых.

Ох, чёрт побери, а ведь и правда. Присяга ведь карает за любое нарушение закона – и за государственную измену, уж конечно, тоже…

– Ты правда думаешь, что я не знаю текста вашей присяги?! – громыхнул Клавдий. – Но если он ни в чём не виноват, то какой пропасти ради сбежал из страны и потом нашёлся во вражеской армии? Или, – он вновь обратил взгляд на Лексия, – ты так боялся меня из-за моей дочери?..

Он задумался и несколько спокойнее прибавил:

– Хм, может быть, и правильно делал…

Лексий почувствовал, что непременно должен сказать что-нибудь в своё оправдание.

– Я надеялся получить сведения о планах Оттии, – выдохнул он, не успевая толком подумать. – Есть один человек, располагающий ими… – его мозг работал на полную, придумывая ложь лишь немногим быстрее, чем её произносил язык. – Я познакомился с ним во время поисков в пустыне. Разумеется, нарочно, с целью разведки.

Айду, слава всем богам на свете, что непредсказуемый второй ки-Рин остался за дверью, с него сталось бы припомнить Лексию его оттийского «друга детства»…

Клавдий, впрочем, так и так особо не поверил.

– Да ну? – скептически хмыкнул он. – И что же тебе удалось выяснить?

Лексий открыл рот, судорожно ища что-нибудь стоящее. Мне удалось выяснить, что моя невеста не была со мной счастлива, а в Леокадии страх как красиво. Так, что ли?

– Её величество Регина заключила мир с кочевниками, – наконец сказал он и понял: да, вот оно. Ропот, пронёсшийся над столом, подтвердил, что в Сильване об этом ещё не знали, а если и знали – то не верили… – И намерена получить от них значительные подкрепления.