− Ты про Диво−Инкогнито думаешь, что это?

− Это планета. Кстати, тебе не кажется, мы в состоянии привести в порядок наш летающий дом?

− Думаю, да, − с неохотой протянул Нацтер.

− Чур, кучки букаруса на твоей совести. И… − я оглянулась, отыскивая все ещё лежащие на ковре половинки кирпича, − поинтересуйся у Дарьяна, не может ли он сделать так, чтобы кирпич исчез.

− Не может, − ответил Нацтер.

Я подозрительно посмотрела на паренька.

− Помнится, ты не мог раньше общаться с Дарьяном.

− Откуда ты знаешь? – и добродушно усмехнулся. − Наверно Иштер сказал. Точно он – больше некому.

− Иштер солгал?

− Нет, он всё честно сказал. Мой брат никогда не лжёт. Это я сказал ему неправду.

− Ладно, забудем. Приступаем к уборке.

− Только, чур, то, что в столовой убираешь ты, − весело сказал Нацтер.

Моя вымученная улыбка развеселила его ещё больше.

Наша космическая одиссея продолжилась. И протекала она в спокойной домашней обстановке ровно сто семьдесят два часа. Как обычно бывает, внештатные ситуации возникают, когда их совсем не ждёшь.

Так случилось и на этот раз.

Пронзительный вопль сирены разбудил нас. До смерти перепуганные, наспех замотанные в одеяла, босиком, мы ворвались в отсек управления почти одновременно. Я бросилась к мониторам, а Нацтер занял своё место и надел наушники.

Главный компьютер завис. На его мониторе ярко мигала предостерегающая надпись: «Внимание! Корабль в зоне активных силовых потоков «Автоматический контроль и управление невозможны!».

Тут внезапно отключилась сирена. Стало так тихо, что я услышала, как тревожно стучит собственное сердце. Нацтер медленно снял наушники и посмотрел на меня. Его лицо было белым, как бумага. То, что он услышал в эфире, потрясло его, и это потрясение застыло в широко раскрытых глазах, ставших тёмными в свете мигающих ламп.

− Там такой вой, будто стая волков на живодёрне, − с трудом произнёс он.

− Возьми себя в руки и не поддавайся панике, − строго велела я. – Наушники больше не надевай.