Причал – начало города, и на нём восседают художник и Иллиан. Ожидают тех двоих, что на другом конце острова. Ещё одна загадка заняла своё коронное место среди того, о чём не стоит думать.

Два впечатления больше, чем те, что по отдельности. Ещё бы…

Статуя художника смотрит в сторону, где дом родной, где всё такое притягательное и тянет к нему правую руку, а Иллиан кинул кости и ждёт, что выпадет, но старается смотреть не на них, а на художника – словно готов уже к его очередному творению, но тот чего-то ждёт…

Когда жизнь – интрига, всё начинает иметь значение – даже то, какую руку протянул и чью пожал.

Судя по острову, из всех основателей мирностью не славился лишь полководец, остальные были за мир, как и художник, но об этом он сейчас не думал. Эмоции брали верх от того, что увидел собственную статую – о таком никогда не мечтал, как ещё ему воспринимать…

Арлстау был похож на дитя, увидевшее что-то новое для своего восприятия. Как взрослый, не задумался над всем, что с ним уже успело произойти. Нет, зачем это?! Почему он слышит шаги тех же самых людей, где бы не оказался, решит уже потом.

–Это колдовство или волшебство? – спросил художник.

–Это то, что звучит добрее. Я тобой лишь одним заколдована, будто ты – величайший колдун!

Было приятно. Слова одновременно леденили кровь и слух ласкали.

–Здесь жили авры? – спросил он так, словно дитя.

–Люди…

Художник представил в своём воображении удивительный расклад судьбы и скоро узнает, что он оказался на половину верным.

–Кто первым нашёл этот город?

Она молчит.

–Иллиан? – спросил он настойчивее. – Поэтому ты…

И не продолжил.

–Убила его? – громко закончила она за него.

Промолчал.

–Убила потому что он знал про это место. Нашёл бы он нас здесь. Мы оба ему были нужны…

–Для чего? – воскликнул художник, а сердце беспощадно бьётся. – Так, это твой остров или его?