Первой мыслью от пробуждения была: «Стоит ли это вообще записывать? Самый нелепый сон из всех, что мне снился! Нет, определённо, не стоит! Сны не всегда что-то да значат, а иногда и путают, сбивают с толка! Что может быть общего между дверьми и душой?!».

В их мягкой кровати Анастасии не оказалось, но стоило ему потянуться и перевернуться на другой бок, как их взгляды волнующе столкнулись и углубились друг в друга, а затем оттолкнулись!

Арлстау стало тревожно. В голову прокралась мысль, что Анастасия что-то знает или о чём-то догадывается.

Девушка величественно восседала в кресле и наблюдала за ним, как за редкой диковиной, и в её глазах уже не была вечность, в них было тысячелетие, в них не созвездие, а все звёзды!

В эмоциях покой, но тот, что готов в любую секунду взорваться!

–С тобой всё хорошо? – поинтересовался он.

–Почему я не вижу твою душу? – застала сразу же врасплох.

Художник не поспешил с ответом, пригляделся к ней и не увидел её души.

–И я твоей души не вижу, – ответил он ей и добавил. – Видимо, потому что мы теперь оба – художники! Я ведь тоже не знаю, как выглядит моя душа.

Девушка подозрительно посмотрела на него, но ничего на это не ответила. Молча, вышла из спальни, без слов принесла ему завтрак в постель. Сама села рядышком, на край кровати и пригубила сладкий кофе.

Художник наблюдал за ней с прежней тревогой и не знал, с чего начать свой интерес. Самое важное для него – любит ли она его по-прежнему, но есть и другие вопросы…

–Мне не терпится приступить, – призналась она, на что художник не посмел скрыть своей улыбки.

–Значит, сейчас же и приступим!

Арлстау ради этого, даже не пережёвывал пищу, а проглатывал её, как голодный, бездомный пёс, хоть Анастасия причитала, чтоб он не торопился. Но, слишком уж не терпелось разделить с ней эти ощущения. Главное, рисовать то, что не вызовет туч, то есть безобидные души – листочек или деревце, хотя, зная Анастасию, вряд ли она сможет остановиться на листочке…

Они вышли из дома, и художник метал взгляд во все стороны, чтобы увидеть что-то подходящее. Небо такое синее, облака такие густые и белые, и так близко к Земле. И деревья здесь высоченные, и даже пейзажи заставляют задыхаться восхищением! Всё настолько красиво, что не знаешь, с чего же начать!

Всё и красиво, и слишком просто для такой, как она…

–А что такое талант? – спросила она, обескуражив вопросом.

–Ну, – замялся Арлстау, – это такое зёрнышко, которое необходимо поливать каждый день, чтобы оно превратилось в плод.

–Не обязательно ведь начинать с простого? Можно ведь, и с первой попытки создать что-то… -Великое? – спросил он с намеренной загадочностью.