Он первый из художников, кто пожелал пощадить свою планету – другие молили, чтобы их миры за всё ответили.

Однако, спутник, всё равно, взорвался – по воле смерти, из-за ошибок жизни. Нарушила правила она, и последнее творение Данучи здесь не при чём!

Жёлтая комета объявилась в небе на секунду, скорость её возможно лишь измерить временем – в эту секунду и поместился удар.

Удар, и комета – лишь пыль! И грохот такой, что все присели и закрыли уши, и каждый, пусть и секунду, но думал, что уже погиб!

Спутник по имени Дастар не выдержал удара и впервые в своей жизни отшатнулся от своей, молчаливой орбиты. Приготовился рассыпаться на разные куски.

Все взгляды видели это сильное зрелище, все уши слышали тяжесть его последнего вздоха! Все мысли метались, кто куда!

Арлстау не испугался, его спутница тоже – ведь мир не их, ведь их мир далеко – в него уже успел вселить душу Данучи. «Видимо, чтобы жизнь была на Земле, придётся пожертвовать этой планетой!» – ошибочно решили они.

Людям было одиноко – они все далеко от родных, авры были готовы принять новый путь, а Жизнь с тоскою провожала небо и этот маленький, печальный мир.

Его назвали Дастаром, потому что считали защитником. Это миф – не стоит придавать ему значения, внимания будет достаточно.

А сейчас все люди и авры смотрели с вожделением, как спутник падает с небес и не думали о мифах, размышляли о жизни, что прожили…

–Я отказываюсь от своего дара! – воскликнул Данучи, став первым во всём, что нежданно для Жизни.

Осколки спутника замерли в небе, не долетев. Одна простая фраза остановила их. Жизнь была счастлива, а Смерть невольно развела руками, пробурчав себе под нос: «Как же так?!».

Если часто смотреть на костёр, можно ослепнуть. Данучи всегда старался вовремя тушить. Но не сегодня. Сегодня – самый значимый день для него, ведь у него больше не будет Завтра. Вчера уже история, да и Сегодня скоро ею станет....

Двенадцатый удар топора не позволил Данучи сполна насладиться объятием Жизни. Не был он похож на бой курантов, и загадывать желания нельзя, ведь после него осколки, что на время замерли, вновь устремились вниз.

Данучи рухнул вместе со вторым деревом и оглушительным громом, не удержавшись в руках Жизни. Он умер, не сказав последних слов, которые давно задумал, но кто-то, возможно, прочёл их в его улетавшей душе. Иначе, Жизнь не улыбалась бы сквозь слёзы…

Дочь полководца и спутница Арлстау тоже не сдержали слёз, но по-другому – не умели плакать так, как плачет Жизнь. Арлстау же воспринял его погибель, как временный мандраж, как сон, как собственную смерть со стороны. «Он вами был вчера разочарован, сегодня к вашим чарам сам пришёл…» …