Рикс уже стоял у входа в свой командный шатер. В свете костров на лице его нельзя было заметить ни следа сонливости, словно он и не спал никогда вообще.

Двое усталых воинов-карнутов в сопровождении стражников появились из ночной темени. Рикс выслушал их, задумчиво опустив голову, а потом огляделся, заметил меня и поманил к себе.

— Важные вести, Айнвар, — нахмурившись, сказал Рикс. — Эти двое прибыли из Ценабума. Они сильно рисковали в дороге. Цезарь осадил Ценабум. Он подошел к городу на закате и начал разбивать лагерь. Они выехали сразу. Нанторус послал их сказать, что вряд ли удержит город.

Карнуты едва не падали с ног от усталости. На пути им пришлось сменить лошадей, но они ни с кем не заговаривали, пока не добрались до лагеря Верцингеторикса. От Горгобины до Ценабума был не один день пути. Что бы не случилось с крепостью карнутов, это уже случилось.

— Мы должны были узнать об этом раньше! — Я чуть не плакал.

— Не забудь, — сурово напомнил Рикс, — мы на землях бойев. Их крикуны не станут передавать мне сообщения! — Он понизил голос и озабоченно спросил: — Что ты посоветуешь?

Над частоколом Горгобины занимался рассвет. Еще не видимое солнце окрашивало небо в цвет крови.

— Какие могут быть решения, если мы ничего толком не знаем? — сказал я. — Может, Цезарь просто остановился на ночь возле Ценабума, а потом пошел дальше...

— Ты в самом деле так думаешь? — Рикс напряженно смотрел на меня.

А я смотрел в кровавое небо.

— Нет.

Мы продолжили штурм Горгобины. Со стен на нас обрушивались копья и камни. Казалось, небо в мрачных красных облаках тоже участвует в штурме.

В конце дня прибыл еще один гонец. Выяснилось, что они выехали вчетвером, но остальные трое были ранены и умерли в дороге. Да и этот воин едва держался на лошади. Все же он сумел рассказать, что Цезарь напал на Ценабум. Часть жителей еще ночью пыталась бежать за Лигер, но их перехватили римляне. Легионеры сначала подожгли, а потом взломали ворота, согнали народ на площадь и принудили сдаться. Кроме нескольких воинов, погибших при отражении атаки, все остальные оказались в плену. Мой народ! Все стали рабами...

Нанторуса убили в собственном доме. Конконетодум защищал его до последнего и тоже был убит. Римляне разграбили Ценабум и сожгли. Цезарь снова выступил в поход, но теперь стал еще сильнее, присвоив запасы двух крепостей. Навстречу ему спешили легионы с севера.

Рикс ходил мрачнее тучи. У нас не осталось выбора. Надо снимать осаду и выдвигаться навстречу Цезарю. Оставалась опасность оказаться между его легионами и разозленными бойями, которые уж конечно не упустят возможность ударить нам в спину, пока римляне будут бить нас в грудь.