– Почему твой чертов язык всегда обвивает меня змеей? Какая разница, кому я что говорю.
– Первое, на чем мы сходимся.
– Я спас его от страданий.
– Почему нельзя было
Он смотрит на нее так, словно она произносит что-то дичайшее или глупейшее из всего, что он когда-либо слышал. Тем не менее он всё равно отводит взгляд.
– Сестра Короля мне говорила, что я всегда должна верить своим врагам, – говорит Соголон. – Они единственные, кто никогда не обманет ожиданий.
– Я могу…
– Куда идти, я знаю.
Когда она выходит вперед, он на секунду приостанавливается, но затем следует за ней.
– Они всё расскажут принцам, и те явятся за мной и за тобой, – говорит Соголон через плечо.
– Чтобы принцы рассказали отцу, который повелит всех высечь за охоту на человека? Никто никому ничего не скажет. Ты мне даже не сказала, как ты вообще поживаешь. Может, скажешь, Соголон?
– Ты серьезно? По-твоему, это уместный вопрос? Я хорошо поживаю, стражник. Так, как еще никогда. Всё хорошо настолько, что меня собираются упечь на какой-то безвестный холм, куда никому нет ходу, из-за того, чего я никогда не делала. Ну а как дела у тебя? Так же хорошо, как у меня?
– Поверь, слышать всё это мне очень прискорбно.
– По-твоему, я нуждаюсь в твоей скорби? Тем более что поделать с этим ничего нельзя.
– Соголон.
– Помоги мне бежать.
– Что?
– Что слышал. Помоги мне бежать. Идти в тот монастырь я не могу, понимаешь, Кеме? Никакой вины на мне нет, так почему я должна туда отправляться?
– Я… Таков наш удел, простых смертных.