– Не приходи сюда с какими-то небылицами и без упоминаний, что те демоны выглядели точь-в-точь как она, – вставляю я. – Или она, наверное, опустила это в своем рассказе?

– Она сказала, что это омолузу, гуляющие по крышам демоны теней. А Бунши не тень, она…

– Вода. Я уже слышала.

– Бунши не прорастает с потолка, – сердится Не Вампи.

– Бунши прорастает везде, где только может просочиться.

– Она не из тех!

– Она из тех, кто уберег для нового рождения Аеси; ума не приложу, откуда в тебе такое упрямство. Я видела ее своими собственными глазами – или ее сродницу.

– Ты будешь дослушивать остальное или нет? – теряет терпение Нсака.

– Ладно, выкладывай, – киваю я.

– Итак. Басу кричит семье, чтобы они разбегались, а сам хватает единственного, к кому тянутся руки, – годовалого сынишку Сестры Короля. Рабыня бежит к жене, но омолузу изрубают их в куски. Детей приканчивают быстро, но не из милосердия, а лишь потому, что с малыми расправляться проще. Потом берутся за рабов в зернохранилище, убивают всех, кроме Басу с ребенком. Он подбегает к Бунши, чтобы она их спасла, но прямо за их спинами по потолку черной тенью мчится омолозу.

«Обоих вас я спасти не могу! – восклицает Бунши. – Отдай ребенка мне, если хочешь, чтобы он жил!»

«Тебе не следовало привозить его сюда», – печально молвит он и бросает малыша. Хотя нет, неправда; передает его с рук на руки бережно, как свое собственное чадо.

«Я был ему отцом», – молвит он с печалью.

Мальчику тогда был годик, может, чуть больше. Бунши превращает свой палец в коготь и вспарывает себе живот, чтобы запихнуть туда ребенка как в утробу. Басу Фумангуру был храбр до конца, но при нем не было оружия. У нее же был нож, который их режет…

– Потому что вы все одна шайка.

– Тихо. Перебить их всех она бы не смогла, поэтому ретировалась через окно.

– Самый отважный поступок, на который она способна. А в большинстве случаев она и вовсе забивается в угол и там пересиживает с удрученным видом.

На этом истории, казалось бы, конец, но Нсака этого не произносит.

– И всё это было три года назад? – спрашиваю я.

– Это еще не всё, – говорит Не Вампи.