Лохов, придирчиво разглядывавший технологический лючек, согласно кивнул и, не поднимая головы, спросил:

- А дальше?

Волков помолчал, перевел дыхание и, глядя на упрямый, коротко стриженный затылок командира, вполголоса ответил:

- Запальная цепь - в бронированном кабеле. Ножницы не берут, я пробовал. Но ножовка с боразонной накладкой справляется за минуту, а то и меньше. Ну а плазменным резаком - чик, и готово!

- И рванет?

Волков усмехнулся, от этой наивности Лохова, то ли действительной, а скорее показной, ему стало легче.

- Так не делается. А если случайный обрыв? Авария на взлете, случайный метеорит, - мало ли что? На борту - двести мегатонн, четыре тысячи атомных бомб, сброшенных на Хиросиму, в одном заряде! На жилу перерезанного кабеля надо подать импульс тока. Вот тогда рванет.

Лохов наконец выпрямился и нарочито небрежно полюбопытствовал:

- Ну и зачем ты все это раскопал?

- Решил тебе помочь.

- Ну а все-таки?

Волков неопределенно повел головой, избегая смотреть командиру в глаза:

- Мало ли что! Техника есть техника, всегда может отказать. Особенно по связям с «Уранией». Ведь все делается в спешке! Разработка стыковочных узлов идет чуть ли не параллельно с их монтажом. А позади нас будет Земля. Шесть миллиардов человеческих жизней! Включая и наши с тобой семьи. Земная цивилизация со стажем в сорок тысяч лет. А если считать от момента зарождения жизни, то и все три с половиной миллиарда. Вот и получается, что отступать нам нельзя - некуда. Как под Сталинградом, где сложил голову мой дед.

- И как ты себе это представляешь?

- Если откажет «Урания» или не пройдет команда готовности ее боевой части, есть еще один выход.

- Какой? - настаивал Лохов.

- Подойдем к кометному ядру прямо на «Заре» так близко, как это только возможно, сквозь самую плотную часть комы. На самой малой скорости сближения, конечно, чтобы до минимума свести потери от столкновения с частицами и кусками кометного вещества. Если окажется возможным, причалим к самому ядру кометы - к ее силикатному телу. Увидим кометные фумаролы и гейзеры, кометные кратеры, утесы и пещеры. Увидим то, что еще не видел ни один человек до нас с тобой, и, наверное, долго еще не увидит. А потом выйдем в скафандрах из корабля, пощупаем этот древнейший из древних мир своими руками, посмотрим на звезды, на Солнце, попрощаемся с Землей… И вскроем вот этот технологический лючек.

Лохов молчал, приглядываясь к своему товарищу. Потом подошел к Волкову вплотную, положил ему на плечи ладони, легонько встряхнул и заглянул в самые глаза:

- Решился?